| Международный евразийский институт экономических и политических исследований |
Библиотека |
Идея евразийства: день вчерашний, сегодняшний, завтрашний Россия и Евразия: Проблемы государственности Евразийцами впервые был сформулирован тезис о существовании Евразии как определенного цельного природно-геологического образования, самым прямым и непосредственным образом влияющего на процесс формирования государственности этносов и народов, когда-либо населявших или живущих в настоящее время на его пространствах. Новый вариант понятия "Евразия", предложенный евразийцами, не имел ничего общего с классическим понятием Евразии как механическим соединением двух условных континентов - Европы и Азии. Согласно евразийской концепции, этой Евразией является территория, ограниченная на западе реками Неманом, Западным Бугом, Саном и устьем Дуная; на юге - хребтами Крыма, Кавказа, Памира, Тянь-Шаня; на востоке - Тихим океаном и Беринговым проливом; на севере - Северным Ледовитым океаном. Это означает, что классические земли зарубежной (с точки зрения России) Европы и Азии становятся по отношению к этой территории периферией. Сама же Евразия становится как бы некоторым Срединным континентом, массивом, материком, остовом.Разрабатывая историю этого Срединного континента, евразийцы впервые поставили вопрос о существовании особой единой и неповторимой государственности в его пределах. Таким образом, в ряду разнообразных концепции о государственности России было разработано новое направление теоретической мысли. Особенностью европейских исследований в этой области является то, что специальных крупных трудов, объединяющих воззрения ученых этого течения, не обнаружено. Вместо этого существует ряд рукописных материалов, а также серия сборников статей, работ и брошюр евразийцев, в которых затрагиваются различные стороны этой фундаментальной темы. Все это затрудняет изучение их концепции. Только исследуя весь комплекс работ школы евразийцев и проделав кропотливую работу по детальному изучению большого количества исследовании евразийской школы, а также архивных материалов, касающихся этого научного течения, объединив множество фрагментов и частей их гипотез и воззрений, можно представить некоторую достаточно целостную картину данной теории. Надо указать, что евразийцам свойственна высокая компетентность и глубина анализа исследований. Широта охвата разнообразных граней разрабатывавшейся ими проблематики не раз поражала их современников. Она производит не меньшее впечатление и сейчас. Труды евразийцев указывают на то, что их авторы затрагивали следующие области знании, так или иначе касавшиеся вопросов единой государственности Евразии: история государства, правоведение, философия, религоведение, лингвистика, этнография, антропология, экономика, статистика, демография, историческая география, геология, биология, промышленность, сельское хозяйство, литература и политика. Современники евразийцев указывали, что нет практически такой области, которую так или иначе не затронули бы евразийцы и не использовали в доказательство своих воззрении и теоретических разработок. Сами же евразийцы называли свою методологию работы на стыке многих наук конвергенцией. Труды евразийцев, касавшиеся вопросов государственности, можно условно разделить на три группы: сборники статей, отдельные брошюры и монографические исследования в виде книг. К первой и второй можно отнести евразийские хроники за 1920-1930 гг., серию сборников коллективных трудов: "Исход к Востоку. Утверждение евразийцев", "На путях. Утверждение евразийцев", "Евразийский временник" и др., а также отдельные сборники статей и брошюры типа: "Россия и Латинство", "Евразийство (Опыт систематического изложения)", "Евразийство (Формулировка 1927 г.)" и пр. Среди отдельных трудов евразийцев заметное место занимают книги Н.С.Трубецкого "Европа и человечество", "Наследие Чингисхана"; Г.В.Вернадского "Начертание русской истории", "Опыт истории Евразии с половины VI в. до настоящего времени"; геополитические заметки и "Географические особенности России" П.Н.Савицкого; "Очерки истории русской церкви", "Воссоздание Святой Руси" А.В.Карташева и др. Концепция единой евразийской государственности основывалась на многолинейной схеме исторического процесса, разработанной в западной историографии Д.Б.Вико и И.Г.Гердером, а в российской - Н.Я.Данилевским и К.Н.Леонтьевым. Идея евразийцев об истории как разнонаправленном циклическом развитии национальных культур появилась вместе с "Закатом Европы" О.Шпенглера. Евразийцы отвергали теорию государственности и государственного развития, основанную на европоцентристских представлениях о Европе и европейцах как представителях самой передовой и прогрессивной части человечества, на которых должны равняться все остальные страны и народы. Отстаивая самобытность России, они утверждали идею об особом и неповторимом пути ее евразийского государственного развития, что связано с ее историческими, геополитическими, географическими, геологическими, климатическими, культурными и этнографическими особенностями, сильно отличающимися от аналогичных характеристик других стран. Евразийцы, например, подчеркивали, что иностранцы не смешивают российскую государственность ни с западное европейской, ни с западнославянской. Они воспринимают Москву, российский быт, русское искусство и психологию как превалирующие азиатские по сравнению с аналогами Западной, Центральной и Южной Европы. Об этом, кстати, как отмечают евразийцы, не раз говорил и Петр I, называя Россию азиатской страной, как бы повторяя мнение западноевропейцев XVIII в. Однако при этом эту "Азию" в виде Российского государства иностранцы, как западные, так и восточные, четко отличали от Азии в лице Персии, Японии, Индии или Китая.Так, к примеру, иранская управленческая элита XIX в. определенно считала Россию в большей степени азиатской страной вследствие унаследовании ею территории и ряда государственных особенностей империи Чингисхана. При этом немаловажным для иранцев было то, что на достаточно длительном историческом промежутке, в несколько веков, продолжались кровнородственные связи русских князей и тюрко-монгольских правителей. Помимо этого, евразийцы приводят в плане доказательства этих взглядов вполне определенные исторические факты. Пример из отечественной истории: ведя переговоры с представителями правительства Ирана после русско-персидской воины 1826-1828 гг., генерал А.П.Ермолов называл себя потомком Чингисхана. Происхождение российского аристократа вызвало глубокое чувство почтения к нему со стороны персидского шаха, что непосредственно отразилось на ходе переговоров в пользу России как преемницы Великой империи монголов.Исследуя историю государственности России и основного этноса страны - русских, евразийцы пришли к выводу, что Россия - это ни Европа, ни Азия и что русские - это ни европейцы и ни азиаты, хотя в ряду из биологических предков есть и те, и другие. Русские - это особый этнический и культурный тип, по периферии сближающийся как с европейцами, так и с азиатами. В этом смысле государственность России тоже не есть ни государственность европейская или азиатская, ни сумма механического сочетания элементов той или иной систем, а это особая евразийская государственность в рамках территории Евразии. Помимо этого, евразийцы теоретически обосновали концепцию многолинейности исторического процесса. Идея о прогрессе не как о поступательном движении общества и государства, а как о реализации разнообразных возможностей, заложенных в различных культурах, была обоснована Н.Я.Данилевским. Н.С.Трубецкой плодотворно развил эту историко-философскую концепцию и использовал при разработке теории о единой евразийской государственности. Общечеловеческому было противопоставлено национальное как в этнокультурном, так и государственном смысле. Одним из главных выводов при изучении истории было то, что Европа теряет в многолинейной концепции свои универсальный, общечеловеческий, общецивилизационныи характер и исключительность и становится в один ряд с другими частями света. По взглядам на проблему отечественной государственности евразийцев можно условно разделить на два направления. М.К.Шахматов, Г.В.Флоровский, Л.П.Карсавин, С.Г.Пушкарев выдвигали на первый план нравственно-религиозное начало в формировании единой евразийской государственности. П.Н.Савицкий, Н.С.Трубецкой, Г.В.Вернадский тяготели к географическому, геологическому, этническому и геополитическому анализу проблем российской государственности на территории Евразии. В России XIX в. были сильны традиции теософии, теологии истории и религиозно-философских искании. Они проявились в концепциях П.Я.Чаадаева, славянофилов, а затем - религиозных философов Вл.Соловьева, К.Н.Леонтьева, Н.А.Бердяева, Г.Федотова, П.А.Флоренского и др. Они рассматривали исторический процесс как смену религий и постепенное приближение человечества к постижению божественного начала. Они противопоставляли цивилизацию государству, как мирскому началу - религию. В специфике православия они видели основу национального и государственного своеобразие России.Вместе с тем во второй половине XIX в. в российской науке получили распространение принципы позитивистского и структурного анализа, а также комплексность в исследованиях истории, культуры, религии и государства. В связи с этим особое внимание уделялось таким наукам, как геология, география, экономика, лингвистика и т.д. Религия рассматривалась в этом случае не как основной фактор, а как один среди многих. Эта группа евразийцев основополагающим фактором развития государства считала географическое пространство, на котором оно зарождалось, развивалось и в пределах которого оно существует. Г.В.Вернадский также выдвинул концепцию, предвосхитившую положение американского ученого А.Дж.Тойнби о "вызове-ответе", сформулированное в середине XX в. Г.В.Вернадский считал, что каждый народ оказывает психическое и физическое воздействие на окружающую географическую и этническую среду. Создание этим народом государства и освоение им территории зависит от силы этого воздействия, а также от силы обратного сопротивления среды обитания. Географо-биологическое пространство, на котором проживает определенный этнос, по мысли Г.В. Вернадского, представляет собой особую матрицу, которая репродуцируется в различных сферах культуры и государства этого этноса.П.Н.Савицкий, развивая свое направление этой концепции, основным законом, определяющим специфику Евразии, считал взаимодействие леса и степи как ее основополагающих компонентов. Продолжением этого противопоставления он видел взаимовлияние скотоводства и земледелия, оседлости и кочевничества. Географические особенности Евразии, с его точки зрения, предопределили соединение в ней двух несхожих миров, двух противоположных государственных систем, постоянно противоборствующих друг с другом, но тем не менее существующих как единое целое. Эта борьба и единство противоположностей накладывает свой неповторимый отпечаток на культуру, быт и психологию главенствующих этносов прошлого, настоящего и будущего Евразии. Проблема государства и культуры решалась евразийцами также в традициях Н.Я.Данилевского и К.Н.Леонтьева. Здесь предполагалось гармоничное слияние государства и общества, самодержавной власти и ее подданных на основе единых православных идей и нравственных принципов. Отстаивая превосходство монархии или единодержавия, К.Н.Леонтьев указывал, что такой тип власти знаменует, с его точки зрения, расцвет общества, в то время как победа либерализма или демократии указывает на его старость.В противоположность этому религиозно-философское крыло евразийцев связывало создание российского государства с духовными исканиями народа. Они считали, что христианская система ценностей привела народ к идее единого национального объединения под властью религиозно-нравственного единодержавия. В этом ключе монархия рассматривалась ими как надклассовый институт, так как все социальные слои, объединенные общими религиозно-нравственными принципами, предполагают полное отречение от своей воли и подчинение божественному началу. Это состояние общества называлось ими соборным единством или симфонией. В таком положении монархия, с их точки зрения, как объединяющее начало в движении к Богу теряла смысл как классовый и общественный институт. Необходимо отметить, что теория взаимодействия леса и степи как одного из важнейших факторов формирования российской государственности была доработана уже в наше время крупным отечественным исследователем Л.Н.Гумелевым. Определенным развитием концепции евразийцев стала широкоизвестная теория пассионарности Л.Н.Гумилева, а также его научное видение проблем русского этноса и науки в целом. В последние годы тема евразийства вновь стала привлекать внимание ученых и исследователей. Уделяется внимание наследию евразийцев, анализируются их концепции и теории. Были опубликованы статьи, отдельные брошюры и тезисы докладов, сделанных на различных российских и международных конференциях и семинарах, частично опубликовано документальное и литературное наследие евразийцев. Представляют интерес статьи по проблемам евразийства Э.А.Баграмова, А.С.Панарина, А.П.Доронченкова, Н.Н.Алевраса, Н.П.Денисова, Н.П.Котельникова, С.В.Норенкова, И.К.Кучмаева, Н.Е.Бекмахановой, В.В.Трепавлова и других ученых. В их трудах затрагиваются различные аспекты евразийской теории, делаются попытки ее плодотворного развития. Авторы анализируют проблемы геополитического положения России, особенности внешней и внутренней политики государства XVIII-XX вв., этническое своеобразие евразийского пространства, специфику этнолингвистических и культурных особенностей народов страны. Тем не менее, несмотря на широкий охват евразийской тематики, ими не были выделены в виде отдельного пласта как вопросы единой евразийской государственности, так и проблемы роли высших управленческих институтов страны в деле формирования России-Евразии как единого государственного образования. Помимо этого, следует отметить примечательный факт начала издания в последние годы двух московских журналов: "Евразия: Народы. Культуры. Религия и "Вестник Евразии"."Мы", 26 января 1999 года, № 3 (37) |
|
|
|
|
