А. Кененбаев,
политолог

Положительные стороны этой теории в свете вышеизложенных факторов становятся очевидными. Сегодня ни у кого не вызывает серьезных сомнений, что Кыргызстан со своими ограниченными топливно-энергетическими запасами и другими природными ресурсами не может конкурировать на мировом рынке с более развитыми странами в области товарного производства. Этого не позволит ни промышленный потенциал страны, ранее полностью ориентированной на общесоюзный рынок, ни сельскохозяйственный сектор, направленный, прежде всего, на поддержание социальной стабильности. А в условиях, когда мировой рынок жестко поделен между странами-экспортерами и государствами, имеющими выход к морю, Кыргызстану приходится рассчитывать в лучшем случае на роль торгово-экономического и информационного посредника внутри Евроазиатского континента. В этом отношении Кыргызстан может занять свое место на этом пути только как транзитная и туристическая страна, с предоставлением различных сервисных услуг.

Вместе с тем осуществление “Дипломатии Шелкового Пути” с оптимальными для Кыргызстана результатами затрудняется в силу нескольких факторов. В первую очередь к ним следует отнести фактор нестабильности в Ферганском и афганском секторе Центральной Азии. Война в Афганистане, зыбкий мир в Таджикистане и взрывоопасная ситуация в Узбекистане, со всеми вытекающими отсюда последствиями, еще раз подтверждают тезис известного политолога З. Бжезинского о “поясе нестабильности”, на территории которой крайне затруднительно осуществлять не только крупные инвестиционные, но и просто гуманитарные мероприятия. Далеко идущие и во многом противоречивые планы великих держав на этом участке Евразии не позволяют погасить вооруженные столкновения и наплыв международного терроризма в регионе, тем самым, исключив его из списка инвестиционно привлекательных. Немаловажную роль играет и то, что в Баткенской области уже в течение двух лет идут вооруженные столкновения с бандами международных террористов и это также не способствует имиджу Кыргызстана как стабильного государства. Между тем, судя по военно-политической обстановке в регионе, данная ситуация будет иметь затяжной характер. Как подчеркнул Министр Обороны КР Э. Топоев на встрече с американской военной делегацией 25 сентября, “мы ожидаем и дальнейшей эскалации в Ферганском регионе в ближайшие годы”.

Другим негативным фактором для осуществления Доктрины о Великом Шелковом Пути с оптимальным для Бишкека решением является расцвет коррупции в стране. По данным авторитетной международной организации “Транспаренси интернешнл”, Кыргызстан в прошлом году находился в числе наиболее коррумпированных стран мира, а в этом году он не был даже внесен в этот список, по причине отсутствия интересов со стороны потенциальных инвесторов. Вероятно, такой оценке в немалой степени способствовали факты, когда средства, выделенные стране в первые годы ее независимости, были использованы с минимальным эффектом. Сейчас трудно определить, насколько объективны эти данные, однако они свидетельствуют о наличии в Кыргызстане реальных проблем в области соблюдения законности, причем не только в экономической сфере.

В таких условиях Доктрина о Великом Шелковом Пути если и будет осуществляться, то его современный маршрут, скорее всего, будет пролегать не через территорию Кыргызстана, а через территорию Казахстана дальше в Россию или через Пакистан к Индийскому океану. В любом случае интеграция Китая с мировым рынком, при нынешних темпах экономического роста этой страны, становится делом самой ближайшей перспективы, а прагматичность китайских экономических стратегов не вызывает сомнений. Казахстан в этом отношении имеет несколько преимуществ перед Кыргызстаном. В первую очередь это стабильность Казахстана, его развитая экономика, позволяющая выделить средства, достаточные для построения крупных транспортных коммуникаций, наличие полезных ископаемых и прямой выход в Россию и Китай одновременно. Кыргызстан в таких условиях может выполнять только промежуточное звено, хотя само по себе это уже немало. Но даже тот факт, когда железнодорожная магистраль из Китая через территорию Кыргызстана в Узбекистан, строительство которой уже начато с китайской стороны, не пролегает через Нарынскую область, как было бы выгодно кыргызской стороне, показывает, насколько затруднителен для официального Бишкека отстаивание своих национальных интересов.

Для того, чтобы официальный Бишкек был в состоянии претворить в жизнь Доктрину о Великом Шелковом Пути с наибольшей пользой для себя, необходимо выполнение им минимальных требований сегодняшнего дня, которые хоть в какой-то степени позволят стране не остаться в стороне от глобальных интеграционных процессов. Прежде всего, предстоит приложить немало усилий для того, чтобы продемонстрировать потенциальным инвесторам способность самостоятельно обеспечить военно-политическую стабильность, прежде всего на юге страны и в государстве в целом. Было бы наивно думать, что факты взятия боевиками ИДУ японских заложников в прошлом году, а также заявление Госдепартамента США о нежелательности пребывания американских граждан на юге Кыргызстана остались незамеченными со стороны потенциальных инвесторов.

Во-вторых, придется всерьез взяться за борьбу с коррупцией, которая стала безнаказанно действовать после перемен в высших эшелонах власти. В третьих, следует полностью отказаться от поспешных и поэтому односторонних геополитических предпочтений в угоду временным факторам внешней политики и вести равный диалог со всеми субъектами международной жизни. Но самое главное – Кыргызстану необходимо во что бы то ни стало вернуть себе имидж “островка демократии”, без чего страна, в условиях недостатка таких природных ресурсов, как в Казахстане и Туркменистане, может, в конце концов, столкнуться с гражданской нестабильностью.