ТЕРРОР: “Устрашение своих политических противников, выражающееся в физическом насилии, вплоть до уничтожения”.
(Толковый словарь русского языка С.И. Ожегова)

Прессинг, какому подвергаются противники существующего политического режима в Казахстане достиг качественно нового уровня. Если раньше неприятные инциденты с общественными деятелями, членами политических партий случались эпизодически и, как правило, объяснялись случайностью, то сегодня это стало уже закономерностью, которую трудно объяснить с позиций теории вероятности.

Пора признать, что практика наказания за инакомыслие стала неотъемлемым атрибутом политической жизни Казахстана. Недавние нападения на ряд неудобных властям общественных деятелей свидетельствуют, что запугивание через физическое воздействие прочно вошло в арсенал методов борьбы с оппозицией.

Докучаева, Чернышев, Косанов, Никитенко, Своик, Байсеитова, Пак, Михайлов, Шушаников, Ергалиева, Соловьева… Перечень имен тех, кто пострадал за свою смелость иметь мнение, расходящееся с официальным, можно продолжить. При всей разности идеологических позиций пострадавших их объединяет одно – они были неудобны власти. Еще одна характерная деталь – никого из нападавших на них так и не нашли. Не удивительно ли? Как, впрочем, и то, что хулиганы нападают только на лидеров оппозиционных партий, тогда как лидеров проправительственных партий они игнорируют.

Бьют не только самих оппозиционеров, но и их родственников и близких. Порой это более сильный фактор устрашения.

Само устрашение оппозиции достигается не только непосредственно избиениями их лидеров, но и целым набором методов ненасильственного профиля.

Оппозиционеров лишают возможности работать по специальности. Увольняют под самыми различными предлогами. Характерный пример - профессор Масанов. Он был уволен из университета как не прошедший аттестацию. Это тот Масанов, на лекции которого толпами ходили студенты с параллельных курсов и которого приглашают читать лекции в Сорбонне.

Опять же запрет на профессию распространяется и на родственников оппозиционеров. У многих активистов политической оппозиции родственники также стали жертвами этой формы негласного террора.

Отдельной статьей преследования оппозиции являются психологические атаки как-то: угрозы по телефону, оскорбительные надписи на стенах, инициирование различных судебных процессов с последующими бесконечными допросами, следствием, очными ставками, экспертизами и судебными заседаниями. Затаскать по судам, подвергнуть унизительным процедурам, выбить человека из равновесия, психологически сломать - самый распространенный прием.

Показательна в этом отношении судебная одиссея лидера пенсионеров Ирины Савостиной, которую таскали по судам более года в надежде, что у пожилой женщины не выдержит сердце или нервы.

Традиционным методом в борьбе с оппозицией является фабрикация компромата, формирующего негативный образ тех или иных лидеров оппозиции.

Для этого не гнушаются вторгаться в частную интимную жизнь, бесцеремонно навешивая оскорбительные ярлыки.

Недавний пример с одним из лидеров РНПК, на которого попытались навесить ярлык сексуального извращенца, свидетельствует, что последние приличия отброшены. Игра пошла по-крупному: все средства хороши.

Фактически в стране для людей, мыслящих не в русле политической доктрины казахстанского руководства, созданы условия, малопригодные для существования.

Функционирует негласная система устрашения. Или, если называть вещи своими именами, то в стране в наличии политический террор. Тщательно скрываемый, но тем не менее реально существующий.

Предвижу возражения: при чем здесь государство с его спецслужбами? Мол, бьют не только политиков.

Можно, конечно, конкретно по каждому факту объяснять, что и как было и почему этого не могло бы случиться, будь на месте того или иного пострадавшего политика другой человек. А можно и не доказывать ничего, а просто выйти на улицу и спросить об этом первого попавшегося человека. А потом еще одного. И еще. И сомнения по поводу такого рода возражений сразу рассеются. Потому что никто в этом государстве не сомневается, что оппозиционеров бьют не просто так, а именно за их мнения и взгляды. А если кто и выскажет удивление, то только тем, почему их еще не посадили или не убили.

Откуда у людей такая уверенность? От знания власти. Уж кто-кто, а народ знает свою власть как облупленную и поэтому верит, что она, желая сохранить себя, не остановится ни перед чем. Это аксиома.

Вся писанная история РНПК (а сегодня по большому счету внимание спецслужб приковано именно к этой партии) состоит из череды “скандалов”, периодически возникающих вокруг деятельности этой партии. То скандалы вокруг попыток властей поймать ее лидера (на которого, кстати, уже заведено 11 уголовных дел), то судебный процесс по, якобы, незаконному хранению оружия ее членами, то скандалы, связанные с выходом из партии ее активистов, то распространение грязных инсинуаций о лидерах партии.

Никто не сомневается, что один из активистов партии Виталий Воронов в свое время не по личным убеждениям порвал с оппозицией. Есть уверенность, что его заставили это сделать под угрозой судебного преследования по сфабрикованному уголовному делу.

Неспроста были вынуждены отойти от политики Газиз Алдамжаров и генерал Есенгулов. На них в последнее время усиленно искали компромат.

Не просто так начал “сдавать” своих и Сергей Бондарцев. Трудно сказать, на чем сыграли спец.службы, но факт остается фактом: парень поменял политическую ориентацию за одну ночь.

Террор не ограничивается преследованием персоналий. Делается все, что бы создать невыносимые условия и для деятельности не лояльных или просто критически настроенных к власти общественных организаций. Регистрация таких организаций, проведение митингов, собраний сопряжено с большими трудностями.

Отдельное направление в борьбе с оппозиционными организациями - это создание альтернативных структур со схожими названиями и задачами. Так инициировано создание организации пенсионеров, альтернативной савостинскому, раскол Рабочего движения, предпринимаются попытки внести раскол в ряды коммунистической партии. Партия “Отан” создана именно как альтернатива РНПК.

Параллельно сформирована своеобразная “пятая колонна” внутри самой оппозиции. Для этого существуют специальные люди, которые, работая под оппозиционеров, занимаются раскольнической деятельностью, публично охаивая лидеров оппозиции, провоцируя различные скандалы. Их задача - дискредитировать лидеров оппозиции, расколоть оппозиционные организации, сформировать негативное общественное мнение у населения о казахстанской оппозиции.

Эти люди достаточно хорошо известны. Они неизменно появляются на всех значимых мероприятиях, где различными способами пытаются помешать их проведению, провоцируют окружающих на неправовые действия против них, чтобы дать повод вмешаться полиции.

Особую роль в практике политического террора выполняют СМИ.

Некоторые из них особенно усердствуют.

Можно было бы попытаться оправдать их: мол, для журналиста главное сенсация. Увы. Тенденциозность очевидна, потому что игра идет только в одни ворота. Есть только неприкрытое желание лить грязь на оппозицию, не замечая негатива в деятельности руководства режима. То, что лидер оппозиции помылся в бане - это сенсация, а то, что на президента страны пало подозрение в получении взяток – ни-ни.

По слухам, и газета и канал контролируются Рахатом Алиевым. Если это так, то тогда многое становится ясным. И их нелюбовь к оппозиции и повышенная смелость при огласке явной дезинформации, и то, что тот же Масанов никак не может заставить правоохранительные органы возбудить против “Каравана” дело за клевету, и многое другое.

Помнится, в прошлые времена, желая подчеркнуть близость и соподчиненность двух известных организаций, говорили: “Партия сказала “Надо”, комсомол ответил “Есть”. В современной редакции это звучало бы так: “КНБ сказало “Надо”, КТК ответил “Есть”.

В данном случае журналисты КТК и “Каравана” мало чем отличаются от оперативников нацбезопасности – делают общее дело: “спасают” Отечество от диссидентов.

Да, они не ломают кости и не пишут на стенах подъездов угрозы. Они не подслушивают телефонные разговоры и не запрещают митинги. Но клеветать на невиновных, марать репутации и плевать в души - это тоже разновидность террора. Только информационного.

Много ли нужно смелости, чтобы, имея в качестве “крыши” спецслужбы, обливать грязью тех, кто не имеет возможности ответить, дать сдачи? Или это подло?

Журналисты, которых используют в качестве информационных провокаторов, делают очень грязную работу. На таком поприще не только руки можно замарать, но и репутацию на будущее.

Стоит напомнить тем, кого используют в качестве информационных киллеров, что политика, куда их втравили, вещь очень переменчивая, и часто случается, что гонимые властью сами приходят во власть. И тогда их хозяева, как это водится, убегут за границу, а им придется жить здесь, с теми, кого они так беззастенчиво мажут грязью. Если есть проблемы с совестью, то элементарное благоразумие, то должно быть.

Пора вещи называть своими именами. Сколько можно делать вид, что мы строим демократическое государство? Один из главнейших показателей демократии – это способность граждан высказывать свое мнение, даже если оно расходится с официальным и не быть при этом наказанным. ГОВОРИТЬ, ЧТО ДУМАЕШЬ, БЕЗ РИСКА ПОСТРАДАТЬ. Но никто, будучи в здравом уме и при наличии совести, не додумается доказывать, что так оно и есть в Казахстане.

Увы. Каждый гражданин знает, что критиковать власть на любом уровне, от районного акима до президента – опасно. Это тоже аксиома.

Сегодня критика или даже просто несогласие с теми, в руках кого власть, крайне рискованное занятие, потому что власть, в силу ее неподконтрольности со стороны общества, использует свои полномочия для расправы с недовольными тем, что они творят в стране.

Примеров тысячи. Они вокруг нас. То, что власти делают с политической оппозицией, только надводная, видимая часть айсберга терроризма, который ведут государственные чиновники против всех недовольных.

Говоря о терроре, какой, по сути, развязала власть против инакомыслия, нужно отметить, что власть старательно его скрывает, маскируя свои неблаговидные действия то под криминал (избиения неудобных политиков), то под “свободу прессы” (публикация компромата на лидеров оппозиции), то разыгрывая постановки про “оппозиционеров-преступников” (как это было с оружием у охранников Кажегельдина или с наркотиками, подброшенными активисту независимых профсоюзов Г. Никитину.

Формально вроде бы власти и не при чем. Бьют хулиганы, грязь льют журналисты, в тюрьмы сажают судьи. Но не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, что за всем этим стоит именно Власть. Ведь, по большому счету, понятно, что не нужны грабителям нищие оппозиционеры, что журналистам куда более интересно писать не о высосанной из пальца туфте, а о реальных похождениях крутых хозяев нынешней жизни. Понятно и то, что правоохранительные органы, будь они независимыми, с большим интересом занимались бы теми, кто разворовывает национальное достояние, а не оппозиционерами, единственной виной которых является их критический настрой к властям.

Терроризм бывает разный. Когда терроризм на вооружении преступников, граждан защищает государство. Но, когда этим начинает заниматься само государство, гражданам неоткуда просить помощи, они беззащитны. Они вынуждены либо уезжать, либо защищаться (когда их становится много) сами. В последнем случае граждане отказываются повиноваться свои правительствам и меняют их. Как это произошло в Индонезии, Югославии, Перу и на Филиппинах.

Типичный пример государственного терроризма – современный Узбекистан. Уже тысячи диссидентов в этой стране брошены в тюрьмы, против них применяются самые изощренные пытки. В стране уже идет гражданская война.

По сути власти, преследуя оппозицию, провоцируют ее на ответные не правовые действия. Не исключено, что на этот террор узбекский народ ответит тоже насилием. Тогда гражданская война из одностороннего подавления перерастет во взаимное уничтожение. И виновна в этом будет именно власть и западные страны, которые сегодня поддерживают режим Каримова. На самом деле они своей поддержкой закладывают основы нового Афганистана. Расплачиваться за их недальновидность придется всем нам.

В Казахстане пока нет той массовости и жестокости, что в Узбекистане, но по сути власти занимаются тем же – борются с инакомыслием. В сравнении с Узбекистаном этот террор делается более “цивилизованно”. Различие только в форме, но суть одна – подавление недовольства населения.