Россия и США продолжают соперничество за влияние в Грузии

Лор Мандевиль

Команде нового грузинского президента Михаила Саакашвили предстоит ответить на эти деликатные вопросы, чтобы превратить в реальность надежды, связанные с ноябрьской “бархатной революцией”. Будущее этой маленькой закавказской республики зависит от решения этого вопроса. Вашингтон имеет стратегические интересы в регионе Закавказья, рассматривая его в качестве транзитной территории для экспорта нефти, добываемой в Каспийском море и Центральной Азии. Вот почему американский "дядюшка" инвестировал значительные средства в строительство нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан, который должен вступить в строй в январе 2005 года.

Расценивая действия США как неприемлемое вмешательство в сферу своих “жизненных интересов”, Россия, в свою очередь, не осталась в роли стороннего наблюдателя. Она перешла в контрнаступление в своем стиле, имперском и силовом, и оказала решающую военную поддержку сепаратистам Абхазии. Россия согласна заморозить абхазский конфликт только при условии, что на территории Грузии и далее будут сохраняться российские военные базы. Несмотря на усилия по выходу из-под опеки своего обременяющего северного соседа, Грузия в целом все еще остается заложником своей бывшей метрополии.

Ситуация не изменилась даже после терактов 11 сентября 2001 года, когда Россия и США пошли на союз в борьбе с международным терроризмом. В тот период интерес Америки к бывшим союзникам России начал ослабевать, по мере того как Москва превращалась в “стратегического союзника” США. Несмотря на то, что в Тбилиси были отправлены несколько сотен военных советников, Вашингтон после консультаций с Москвой потребовал от Грузии прекратить поддержку мятежников из Чечни и очистить Панкисское ущелье от активистов “Аль-Каиды”.

Америка, разочарованная ухудшением ситуации внутри Грузии, похоже, несколько ослабила свой интерес к этой республике. В условиях отсутствия конкурента Россия, казалось, вновь перехватила инициативу в бывшей советской республике, однако это продолжилось лишь до . . . неожиданной развязки, случившейся в ноябре прошлого года. “Бархатная революция”, приведшая к власти команду молодых демократов, близких к американской администрации, вызвала подозрения Москвы и Шеварднадзе в том, что Вашингтон в какой-то мере управлял этими событиями.

Эта революция вновь выдвинула Америку на авансцену. 5 декабря, в ходе своего визита в Тбилиси, министр обороны США Дональд Рамсфелд без колебаний коснулся самой чувствительной темы, публично призвав Москву закрыть две российские военные базы, которые все еще находятся в Грузии. В то время как Грузия требует вывода российских войск в течение 3 лет, Кремль продолжает настаивать на том, что вывод военных баз возможен лишь по истечении 10-летнего срока. Вчера американская администрация вновь вернулась к этой теме, предложив Москве даже финансовую помощь для обеспечения вывода баз. Возможно, американцы решили таким образом бросить Москве спасательный круг, чтобы трансформировать российско-американское сотрудничество в регионе в двустороннее сотрудничество.

Однако сохраняется риск того, что эта идея вызовет недовольство России. На двух военных базах в Ахалкалаки (на юге) и Батуми (в Аджарии) продолжают нести службу 8 тысяч российских военнослужащих, и большой северный сосед обладает прекрасной возможностью вызвать обострение ситуации на грузинской земле. В мини-империи, которой является Грузия, Россия располагает такими мощными рычагами дестабилизации, как сепаратистские районы Абхазии, Южной Осетии и мятежной Аджарии. Признаком продолжающейся игры является то, что новые руководители Грузии все чаще отправляются в Москву, чтобы выразить свое стремление открыть новую эру стабильности в отношениях с большим российским соседом.

Однако возможно ли это? Сумеет ли грузинская сторона убедить своего северного соседа “отказаться от имперского подхода от отношениях с Грузией и привычки обращаться с ней как с колонией”? За закавказским кризисом внимательно следили в Москве, где идет полемика о причинах ослабления влияния России в зоне ее жизненных интересов. Этот кризис выявляет два диаметрально противоположных подхода к отношениям с Грузией.

Первый подход отражает позицию неоимпериалистов, очень влиятельных внутри военного лобби, которые не смирились с потерей Закавказья и не испытывают доверия к новым грузинским руководителям. Именно они в период обострения ситуации в Панкисском ущелье отдали приказ российским истребителям подвергнуть бомбардировке территорию Грузии. И именно это военное лобби продолжает вселять надежду в автономные республики.

Но напряженное ожидание в двусторонних отношениях сохраняется. Как показали итоги недавних выборов в Госдуму России, в Москве усиливаются неоимперские настроения. Вот как прогнозирует развитие ситуации политолог Андрей Пионтковский: “В 2004 году внешняя политика России будет определяться двумя иррациональными мифами: идеей призрачного соперничества с США и идеей доминирования на постсоветском пространстве”.