«Сыграна роль, но не все отработано…»

СНГ было вначале сформировано как …обман народа.

Элита хотела разойтись «по-хорошему», а люди были к этому не готовы. Поэтому и подсунули «куклу» — вместо «принудительного» союза теперь будем жить в «добровольном». И эта логика уцелела — делать вид перед своим народом, что все в порядке, продолжается политика добрососедства и все такое. Это один момент, а второй — то, что СНГ и в самом деле сыграло выдающуюся роль для мирного развода (достаточно сравнить с Югославией, чем там все кончилось). Правда, с этой точки зрения СНГ свое уже отработало.

О перспективах СНГ с российским политологом Сергеем Марковым беседует молдавская газета «Время».

Мы живем в мифическом образовании? Оно есть и его как бы нет?

- Отчасти — да. Ведь огромное количество людей в СНГ продолжает жить во временно развалившемся СССР! А ведь реально все приняло необратимый характер. Есть в России и третья позиция: СНГ, мол, уже свое отработало, должно скорее исчезнуть. Нет, я считаю, наоборот: у этого союза есть неотработанные ресурсы и несколько важнейших функций — недооцененных. Первая из них — интеграционное пространство низкого уровня, как я его называю, потому что в его основе лежат небольшие договоры — координация на железной дороге, в сфере электрочастот, взаимное признание дипломов, взаимоучеты в пенсионной системе и т.д. И в то же время это множество важных вещей, которые я раньше сам недооценивал. Тем не менее без такой регуляции, без работы межпарламентских ассамблей СНГ по сведению различных законов «под один знаменатель» все бы давно рухнуло на этом постсоветском пространстве.

Неужели этой «маленькой практической пользой» исчерпывается весь толк от СНГ?

- Формальные вещи этим исчерпываются, наверное. Но есть еще одна роль СНГ — роль неформального клуба. А вот как раз роль неформальных встреч, контактов необыкновенно растет. Мир стал очень нестабильным. И если эта нестабильность перевалит критическую черту — все международные институты рискуют потерять свою годами наработанную функцию. Это никому не выгодно и не нужно. И в таких условиях роль личных контактов лидеров стран возрастает. Вот почему, кстати, обсуждают как настоящее событие встречу «большой восьмерки».

В неформальном клубе его члены не только сверяют часы и «карты своего пути». При прямом контакте доказать свою правоту гораздо легче. Потому и в СНГ наличие неформальных связей и встреч между лидерами разного уровня очень важно.

А как бы вы определили сегодняшнюю концепцию России по отношению к СНГ, ее можно сформулировать?

- Изначальная, первая концепция никуда не делась, для части населения она такой и осталась: СНГ — это братские народы. Вторая концепция, все более овладевающая умами, пришла на смену широкому убеждению: «Никуда не денутся — сами приползут», и теперь она звучит так: «Новая Россия должна вести более эгоистическую политику, строить свои отношения на экономической основе, четко понимать, с кем дружить, а с кем — не очень…».

На мой взгляд, ни одна из этих концепций не является адекватной. Россия постепенно должна сформулировать такую позицию: «Нам необходимо создавать новые интеграционные пространства, поскольку развиваться дальше в современных границах СНГ невозможно». К примеру, я откровенный сторонник единого экономического пространства, которое включало бы в себя не только Беларусь и Казахстан, а хотя бы и Турцию, поскольку эта страна рядом с ЕС, но у нее на самом деле нет шансов вступить в Евросоюз. Что бы там ни говорили…

Звучит как приговор — прямо нет шансов, это ваше убеждение?

- Считайте — да, это мое личное мнение, а потом сами увидите. Новые интеграционные пространства, страны, развивающие русский язык, конечно, должны получать приоритеты. И цены на газ надо «строить» в соответствии с тем, как используется русский язык.

Это неожиданное заявление. Реально ли России ввести такую зависимость?

- Да, твердая должна проводиться линия. Деньги, взятые сами по себе, — это неправильное понимание экономики. На высоком уровне, в большой политике, их не стоит канонизировать. Есть политические деньги, а есть — экономические, хочется этого нам или нет.

Ваше деление на «наших» и «не наших» довольно жесткое…

- У нас в Москве иногда чрезмерно подчеркивается, что «наши» только внутри Российской Федерации, а по мне — «наши» все те, кто считают Россию либо первой, либо второй Родиной. Чтобы поддержать «наших», России нужно стать инициатором многих проектов. А если она будет против этих людей в республиках СНГ, ее проклянут все последующие поколения! Это путь к саморазрушению. Мы должны равно работать со всеми русскоязычными, не только русскими.

А как вы оцениваете то, что Россия как бы забыла про Молдову «на самом высоком уровне» — ни комментариев, ни ссылок, ни упреков. Даже как-то не по себе от этого холодного забвения…

- После провала «плана Козака» есть обида. Там, наверху, на Воронина очень сильно обиделись. Посчитали, что он предал. И к нему отношение теперь не прагматическое, а ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ, слишком эмоционально окрашенное для политики. От таких эмоций надо избавляться, пусть Воронин и явный приверженец Евросоюза.

А теперь отдельно — по Приднестровью. Запад, конечно, блокирует любые попытки урегулирования со стороны России, потому что боится, что Россия утвердиться как противостоящая ему великая держава. Ключевой вопрос российской внешней политики — это вопрос о демократии в самой России. Надо послать абсолютно четкие и однозначные сигналы, что Россия движется по направлению к западной модели развития. Разблокировать предубеждение. А как только американско-европейский «блок» будет снят, тут же исчезнут проблемы и в Приднестровье и в Абхазии.

Конфликт вокруг «блокады» Приднестровья набирает обороты…

- Последний конфликт полностью спровоцирован радикалами из окружения Ющенко. У них несколько важных целей. Первая — чтобы Тарасюк остался министром иностранных дел, хотя все знают, что он — марионетка США, причем марионетка противников Буша, но кого бы не «сдал» Ющенко парламентскому большинству, вопрос об этом будет решаться в Брюсселе или в Вашингтоне. Вторая вещь в Приднестровье связана с председательством России в «большой восьмерке»…

Неужели такая связь тоже имеется?

- На последней встрече Буша и Лаврова американский президент прямо дал понять, что идет бешеная атака на председательство России. Мол, мы твердо знаем, что будут провокации. Ничего удивительного, что, как по расписанию, снова «вспыхнули» конфликтами и протестами Приднестровье и Южная Осетия. И это дает повод сказать, что Россия опять виновата в «невозможности урегулирования».

А что от России хотят на Западе, в Европе?

- Как что? Чтобы она заплатила как можно более дорогую цену за это председательство! Чтобы пошла на какие-то серьезные уступки, предав своих союзников в том же Приднестровье или в других горячих точках. А второе — хотят втянуть Россию в конфликт, чтобы можно было поставить перед США вопрос: «Если Россия так поступает, зачем нам с ней иметь дело?» Нажать на президента США, чтобы, возможно, и сам Буш заплатил какую-то мзду за дружбу с Россией. Политики торгуются, политики врут, это норма, ее трудно назвать преступлением. Они врут сознательно, и ОБСЕ, которое ведет активную политическую войну против России на постсоветском пространстве, — не исключение, оно тоже врет… Еще одна вещь, которая, как ни странно, решается в приднестровском конфликте, связана с Косово. В апреле состоится саммит НАТО. На нем скорее всего встанет вопрос о независимости Косово. Казалось бы, опасно, потому что это создаст прецедент и можно поставить вопрос о признании независимости Приднестровья, Южной Осетии, Абхазии и так далее… Но в том-то и дело, что, если втянуть эти непризнанные образования накануне саммита в вооруженный конфликт, говорить об их независимости в ходе боевых действий будет куда сложнее. В любом случае дестабилизировать там обстановку выгодно многим, чтобы не позволить России предпринимать действия по аналогии с Косово.

Может быть, стоит пойти другим путем — просто сделать Россию экономически привлекательной в глазах молдаванина, того же эстонца? Все и потянутся. Сами, без конфликтов.

- Я категорический противник формулы «деньги решают все». Каталония — самая богатая провинция Испании, а сколько там проблем? Огромные плакаты: «Каталония — не Испания!» и тому подобное. Более того: деньгами проблемы вообще не решаются. Циничное и изуродованное постсоветское пространство просто преувеличивает роль денег, потому что до сих пор глубоко травмировано их отсутствием и не в силах оперировать другими категориями!

А что, такие небогатые страны, как Украина, Молдова и даже Турция, стремятся в Евросоюз потому, что в них люди хуже живут?

- Я занимался этой проблематикой специально и пришел к выводу, что наши бывшие сограждане стремятся в Евросоюз даже не потому, что там платят больше, а за достойной жизнью. Их манит не благосостояние, а законность! Ты больше не будешь пешкой в руках бюрократии, которая пинает тебя туда-сюда, не будет милиции, которой все боятся, и так далее. Да, достойный уровень жизни включает в себя не только права человека, закон, но и определенный уровень жизни, чтобы не было угрозы собственному существованию. И хотя у нас все уже знают, что там надо иметь работу, потерять ее на Западе — значит потерять все. А все равно не боятся… Хотят!