Публикации / "Не может быть сильной власти при нищем народе"

"Не может быть сильной власти при нищем народе"

Акежан Кажегельдин

А.Кажегельдин отвечает на вопросы посетителей персонального сайта

Теги:Угрозы Для Демократии

Опубликовано в:Публикации

 

 

Kazhegeldin.kz, 4 января 2001 года

В письмах, приходящих на мой Интернет-сайт звучит вопрос, почему я давно не давал интервью казахстанским СМИ. Во-первых, потому что большинство из них несвободны в своих публикациях. Не хочу, чтобы за мое право высказаться журналисты и редакторы расплачивались своими должностями, правом на профессию. Конечно, их профессия, изначально относящаяся к категории опасных. Такая же, как горноспасатель или космонавт. Журналист должен рисковать, чтобы заработать себе имя и авторитет у читателя. Но как далеко простирается его профессиональное достоинство и гражданское мужество, пусть решает каждый редактор сам.

Вторая причина - более морального порядка. В последнее время жизнь ставит нелицеприятные вопросы перед казахстанским руководством. Не хотелось "зарабатывать очки" в политической борьбе просто на том, что президент и его окружение оказались под подозрением в международной коррупции. Это действительно тяжелое обвинение. Оно ставит под удар не просто репутацию Н. Назарбаева, Н. Балгимбаева их приближенных, но и репутацию нашей страны.

Поскольку обвинения прозвучали, я посчитал, что надо дать возможность президенту подготовиться и высказаться. Не знаю, как он там готовился, но как-то высказался, наконец.

Это - не обычное интервью. Интернет позволяют поддерживать "обратную связь" с аудиторией. Каждый день на этот сайт приходят десятки писем по электронной почте. Не только со словами поддержки, но и с возражениями. Используя возможности, которые дает персональный сайт, я предложил посетителям задавать мне вопросы. Какого-то отбора (приятные вопросы – неприятные) не делал. Так появилась эта почти "прямая линия".

Хочу поблагодарить и поздравить с Новым годом авторов писем, и всех, кому небезразлична судьба Казахстана.

Акежан КАЖЕГЕЛЬДИН


“Открывали ли Вы счета в зарубежных банках, когда были премьером кабинета министров?”

Да, у правительства имелись зарубежные счета в солидных западных банках. Это был вынужденный шаг. В 1994-1995 гг. казахстанская финансовая система еще находилась в кризисе, даже самые устойчивые на вид банки оказались на грани банкротства. Поэтому часть средств от приватизации поступала на эти официальные счета. В частности, именно на зарубежные счета была направлена оплата от компании “Мобил” за долю в СП “Тенгизшевройл”.

 

“Почему Вы молчите, когда на Западе разрастается скандал вокруг Гиффена и “грязных денег” Казахстана?”

Этот скандал закономерен. Мне не хотелось давать повод для разговоров о том, что я использую трудную для президента ситуацию или свожу с ним счеты. Но "Казахгейт" вновь убедил меня в том, что инициатива публичных дебатов - телевизионных или парламентских - была верна и становится еще более своевременной.

Не только у американского правосудия, но и у всех казахстанцев накопилось множество вопросов, на которые должен ответить и Нурсултан Назарбаев, как бессменный президент, и Сергей Терещенко, и я, и Нурлан Балгимбаев. Может быть, пригласят и Касымжомата Токаева, не знаю. Со своей стороны, я готов рассказать все, что знаю о зарубежных счетах и источниках средств на них. Если потребуется, могу представить документы, касающиеся моей деятельности в качестве премьер-министра. Надеюсь, что и у президента найдутся документы, подтверждающие его непричастность к произвольному расходованию народных денег.

То, что всем еще придется выступать с показаниями по этому поводу, я не сомневаюсь. Такова логика международных скандалов. Их нельзя замять звонком из Администрации президента в прокуратуру. В мире есть разные администрации и разные прокуратуры. История эта развивается. Наша задача должна заключаться в том, чтобы Казахстан вышел из нее очистившимся, а не превратился в пугало для политиков и инвесторов всего мира.

Я стремлюсь содействовать тому, чтобы капиталы, обнаруженные за рубежом, вернулись в бюджет Казахстана. Это деньги, которые на самом деле по праву принадлежат гражданам республики. И не вина простых людей, что те, кто осуществлял тайные сделки, превратил сотни миллионов бюджетных средств в “грязные капиталы”. Я направил соответствующие запросы, обратился к политикам республики.

Негативный эффект от “Казахгейта” можно ослабить, если официальная Астана продемонстрирует готовность сотрудничать со следствием, бороться с международной коррупцией. К сожалению, пока в Астане принята другая стратегия: голову в песок – и проблемы вроде бы нет. Отсидимся, отмолчимся, авось пронесет. Это может закончиться печально: сотни миллионов долларов будут безвозвратно потеряны для государства, а за Казахстаном укрепится слава страны, где правит коррупция.

Как вы знаете, время от времени я посылаю президенту Назарбаеву письма. Большей частью они открытые, их можно прочесть на моем сайте. Я предупреждал президента, что нельзя просто молчать или делать вид, что тебя весь этот разворачивающийся скандал не касается. Касается лично и президента, и членов его семьи, и ближайших советников. Хуже того, что из-за них он касается всей страны.

Президент опять по телевидению перед всем народом заявляет, что у него никаких счетов в западных банках нет. Тот, кто советует ему твердить одно и то же, играет с ним злую шутку. Вспомните, как развивался сексуальный скандал в США: пока президент Клинтон отпирался, на него ополчился весь свет, но когда он признался и извинился перед народом, американцы его простили. Народ Казахстана не менее добр, чем американцы. Он умеет прощать. Но надо и уметь каяться.

 

 

“Когда Вы вернетесь в Казахстан? Как можно установить с Вами контакт? Где Вы живете?”

В настоящее время нахожусь в США по приглашению одного из университетов. Связаться со мной можно по электронному адресу kazhegeldin@kazhegeldin.kz .В Казахстан готов вернуться, как только начнется процесс Национального диалога, который мы предложили властям в ноябре прошлого года. Ехать на родину прямо сейчас, без всяких гарантий - это слишком большой риск.

 

 

“Когда Вы помиритесь с Назарбаевым? Это было бы лучше для Казахстана, для народа”.

С президентом я не ссорился. Вопрос вообще не в личных взаимоотношениях. Было бы нелепо ставить политическое развитие и судьбу многих людей в зависимость от того, любим мы друг друга или нет. Пусть его любят его близкие люди, а меня любят мои близкие. Вопрос более серьезный. Назарбаев и его семья, окружение по-своему понимают роль власти, государства, отношения власти и граждан, а мы понимаем это совсем иначе.

Жизнь показала, что система "сдержек и противовесов", которую президент из конституции в конституцию последовательно менял себе на пользу привела к полному переходу всей власти в государстве в руки одного человека, его самого.

Но никто, и Нурсултан Назарбаев - в том числе, не обладает силами справиться с такой властью. Поэтому он постепенно власть перераспределяет. Но только - между членами своей семьи. Каждый из них обзаводится своим окружением, своими финансами, забирает или создает личные СМИ. И с этим инструментом вступает в борьбу за передел собственности.

Было бы лучше для Казахстана, если бы я и другие политики из оппозиции вошли в число этих приближенных и преданных, стали членами "большой семьи"? Не уверен. По-моему, это было бы просто отвратительно.

 

"Какое значение для политической жизни Казахстана имеют последние перестановки в руководстве страны? Чего Вы ждете от новых людей?"

Ни последние, ни предпоследние перестановки никакого значения для политической жизни не имеют. Говорят, что когда женщина недовольна мужем, она начинает двигать мебель. Перестановка и есть перестановка. Хоть мебели, хоть чиновников.

Мы уже три года настаиваем на том, что люди должны получить право избирать акимов. Власть это обещает, но лишь обещает, причем по принципу: сегодня дал слово – завтра взял. Недавно президент заявил, что выборы областных акимов можно допустить лишь по мере роста благосостояния граждан. Кто-нибудь верит, что доживет до этого "благосостояния"?

Зато мы дожили до полной мертвечины в политической жизни. Новая серия переназначений это наглядно подтверждает: все те же люди, из той же колоды. Был министром, стал акимом. Был акимом - становись министром! Некоторые уже по два-три раза на одних и тех же должностях побывали. Таких "перестановок" даже при политбюро не было. Там уж если человек справлялся с работой, то шел наверх. Если заваливал работу - то его куда-то задвигали. А у нас ходят по кругу, как цирковые лошади.

Благодаря этому власть в Казахстане - сначала центральная, а теперь уже и региональная - сбилась в особую касту. Нет выборов, нет конкуренции, нет обновления. Главное было попасть в обойму, а там уже чем-нибудь поруководить дадут. Или областью, или отраслью. Не получится - поменяют местами.

Где при этом наши интересы, нужды простых граждан, где наше право голоса? Никого в Атырау не спрашивали, когда назначали Имангали Тасмагамбетова акимом. Никого не спрашивали и тогда, когда его снимали. И это в области, где по признанию самих властей Н. Назарбаев провалился на президентских выборах!

Все мы знаем человека, которого в Атырау ждут в качестве акима, которого бы выбрали подавляющим большинством. Это - Газиз Алдамжаров. Но его-то президент ни за что не назначит. Потому что Алдамжаров не входит в "семью", потому что он честный, а не преданный. Потому что ему судьба родного края важнее аппаратной карьеры, что он уже ни раз доказывал.

Политическое значение имеет не то, кого и куда назначили, а то, как назначили или кого не назначили. Люди все понимают, все запоминают.

Но одно из назначений последней серии имеет принципиальное значение - Юрий Хитрин оказался во главе Конституционного совета. Очевидно, президент не знает ни одного русского человека в Казахстане, которому он мог бы доверить этот пост кроме Хитрина. Тогда уже надо Заманбека Нуркадилова определить руководителем антикоррупционного комитета, а Рахата Алиева - уполномоченным по правам человека. Просто стыдно за страну!

 

“Что делаете Вы лично для того, чтобы гражданам Казахстана жилось лучше?”

О своей деятельности на посту премьер-министра я говорить не стану. Она широко известна. Наверное, стоит рассказать о том, чем удалось заниматься после ухода в отставку и до отъезда из страны.

Пока я мог находиться в Казахстане и возглавлял Союз промышленников и предпринимателей, у нас было много плодотворных проектов. Был такой фонд “Родина”, мы первыми занялись компьютеризацией школ. Я тогда обратился с предложением ко всем бизнесменам оборудовать в своей родной школе хотя бы по одному компьютерному классу. Отсюда, кстати, пошло лидерство Казахстана в Интернете по сравнению с другими странами СНГ, после России, конечно.

Тогда же мы договорились с ведущими российскими специалистами об использовании новейших методик для борьбы с туберкулезом, заказали специальные передвижные лечебные пункты, оборудованные лазерным инструментом для залечивания язв в легких.

Мы нашли деньги на развитие малого и среднего бизнеса – 36 миллионов долларов были выделены по итогам конкурса инвестиционных проектов. Были именные стипендии, студенты на эти средства учились и, может быть, до сих пор учатся и в Казахстане, и в России и где-то в Западной Европе.

Все это было только начало, нам удалось проработать неполный год. Кому-то показалось, что СППК набирает очки, становится слишком популярной организацией. Нашу деятельность заблокировали, а потом и вовсе закрыли. Я лично познакомил мэра Алматы Храпунова с представителями западных банков, которые были готовы на самых выгодных условиях инвестировать десятки миллионов долларов в городскую инфраструктуру, жилье, очистные сооружения. Храпунов воспринял это с энтузиазмом, но потом поступило указание сверху: нашими услугами не пользоваться.

Был вариант очень мягкого, выгодного кредита для Атырау - можно было бы быстро восстановить коммунальную сферу. Тоже заблокировали. В итоге нам так и не дали довести до конца начатое. Власть борется с оппозицией, с Кажегельдиным, а бьет при этом по собственному народу, по интересам простых людей.

Сегодня наша задача – изменить систему крайне не эффективной государственной власти. Нынешняя выгодна лишь узкой группе лиц, но и под ними сегодня заколебалась почва. Если голос оппозиции не будет услышан, власть ожидают трудные времена. Это не угроза, а закономерный процесс.

 

“В прессе много публикаций о том, что “Казахойл” и другие национальные компании оставляют деньги за рубежом, продают сырье по низким ценам. Вы с этим согласны?”

Я уже три года настойчиво требую: все акционерные компании с участием государства в соответствии с казахстанским законодательством должны опубликовать в открытой печати свои балансы. Их финансы должны быть прозрачны для парламента, для специалистов, для общества. И тогда можно будет говорить о каком-то контроле. А пока огромные компании варят кашу под столом, сотни миллионов долларов могут появляться и бесследно исчезать, и никто ничего не докажет.

Давайте вспомним, с чего начинало наше правительство в 1996 году. Тогда тоже возникало немало вопросов по деятельности крупных компаний. Прежде всего, мы заставили все АО опубликовать свои балансы. Потом взяли балансы хромовых, алюминиевых, ферросплавных предприятий и сопоставили с данными статистики, с данными железной дороги, которая перевозит сырье, и с данными таможни, которая это сырье пропускает через границу. В результате вышла "несостыковка" в 300 миллионов долларов. Я пригласил менеджеров предприятий и сказал: господа, мы будем серьезно разбираться. Для этого создали специальную межведомственную комиссию во главе с Калмурзаевым. Что было в итоге, вам известно.

Вообще, государство должно жестко отстаивать свои интересы, а не уговаривать: верните нам денежки, а то мы обидимся. Но жесткую позицию можно проявить только тогда, когда сами высшие чиновники не кушают ту “кашу”, которая варится “под столом”. Если сегодня власть шепчет иностранной компании: перечисли-ка сто миллионов на такой-то мой счет на Багамах", то как завтра с этой же компании она потребует прозрачные балансы и честную работу? Результат: 1997, 1998, 1999 год  ни одного опубликованного в печати баланса!

Пусть “Казахойл” отчитается по доле в Тенгизе, в “Мангистаумунайгазе”, “Эмбамунайгазе”, “Актюбинскнефти”, Атырауском НПЗ. А то в отчете об исполнении бюджета за прошлый год нарисовали смешную цифру: все доходы от государственной собственности – 11 миллионов долларов.

Тот же “Казахойл” добывает 5,8 миллиона тонн нефти, цена – около 135 долларов за тонну, всего 780 миллионов долларов. Где они? Где доходы от доли государства в хромовой, алюминиевой, медной отрасли, в черной металлургии? Где доля от раздела продукции Карачаганака? Где поступления от “Эйр Казахстан”, от железных дорог, от “КЕГОК”? Или все это неэффективно и приносит только убытки? Просто кто-то превратил всю национальную экономику в кормушку, деньги идут на ледяные и каменные дворцы в Астане, на юбилеи, на элитный отдых, персональные самолеты, недвижимость за рубежом.

Бюджету остаются крохи. В прессе пишут, что только в этом году полтора миллиарда долларов от нашей нефти ушли в оффшоры. А потом возникает удивление: мы добываем всю таблицу Менделеева, производство растет, а пенсию прибавить - хотя бы как в России - невозможно.

 

"Как Вы оцениваете экономические успехи правительства в 2000 году?"

Не так, как президент Назарбаев. Боюсь, что он по-прежнему многого не понимает в экономике и просто повторяет то, что ему пишут советники. Чего стоит заявление о том, что в Казахстане самые высокие в СНГ зарплаты и пенсии? Я не предлагаю сравнивать Москву и Астану, но сравните жизнь в Уральске и Самаре, Павлодаре и Новосибирске - и все становится ясно. Устойчивыми признаками казахстанской действительности стали помойки в городах, на которых роются в поисках пищи люди. Это красноречивее любой статистики. Тем более, государственной.

Я вообще бы посоветовал не хвалиться успехами перед соседями слишком поспешно. Потом стыда не оберешься. В той же России правительство осторожно говорит о 5-6% годового роста ВВП. Наш президент, не дожидаясь конца года, гордо заявляет о 15% роста. Да при таком проценте капитал со всего мира стекался бы в Казахстан безо всяких призывов!

Вопрос в том, от какой базы считать. Если бы прирост в 15% был от уровня 1997 г., тогда им можно было бы по праву гордиться. Но у нас в прошлом году был спад производства на одну треть. Теперь на 15% что-то подравнялось, благодаря взлету цен на нефть. А президент уже ставит очередные семь задач.

В прошлом году их было, кажется, десять. Кто знает, исполнены они или нет? Эти новые 7 задач взяты из программы "2030" или еще откуда-то? Являются ли они теми же знаменитыми "шагами навстречу простым людям" или это шаги в совершенно противоположном направлении? Мы все смеемся, но это - горький смех.

По большому счету шанс придать экономике новый импульс развития за счет высоких цен на нефть упущен. Никаких серьезных реформ на этой волне произведено не было. А ведь какая была благоприятная ситуация для начала структурных преобразований. Сверхдоходы от нефти позволили бы погасить первичный негативный эффект, снять неизбежное при таких процессах социальное напряжение. Нет же, все осталось по-прежнему. Власть была занята скандалами с инвесторами, распределением доходов, ожиданиями и обещаниями светлого нефтяного рая. При этом безработных в стране чуть ли ни четверть активного населения, все отрасли, кроме сырьевых, стагнируют, целые города пустеют и дичают…

В чем я серьезно уверен, так это в том, что те люди, которые контролируют казахстанскую нефть, в этом году заработали баснословные барыши. Они уже живут, как шейхи в Кувейте. Все остальные - нет.

 

“Вы предлагаете выбирать акимов, но это развалит Казахстан. Каждый избранный аким захочет быть удельным князем, отделиться от центра”.

Вы не правы. Жупел сепаратизма используется для того, чтобы лишить людей возможности влиять на власть. Когда люди выбирают себе местную власть, она поневоле вынуждена учитывать их мнение, защищать их интересы. Если же власть зависит только от президента, вроде бы ею легче управлять, но в экономике и социальной политике – провал за провалом. В условиях Казахстана, унитарного государства, исключить попытки сепаратизма очень легко. Есть законы, есть надзорные органы. Если избранный аким возомнил себя князем, на него нетрудно будет найти управу. В России же нашли, когда захотели.

Сепаратизм возникает и развивается по совершенно иным причинам, не зависимо от того, кто назначается, а кто избирается. Яркий пример – недавние резкие заявления казачества в Москве по отношению к Казахстану. В них ставятся под вопрос и границы, и территории. Это - серьезно. Но разве наши власти не сами виноваты в том, что довели отношения с казаками до такой остроты? Вы же помните, как искренне семиреченские и другие казаки пытались наладить сотрудничество с казахстанским государством. Даже атаманом Назарбаева избирали, шашку ему подарили. В ответ их последовательно лишали всех прав, даже права на народный костюм. И вот результат!

Казаки – своеобразная группа, очень устойчивая, они сохранили свою самобытность в таких странах, как Иран, Турция. Задачей государства всегда было правильно и эффективно использовать историческое наследие, своеобразие различных культурных, этнических групп, а не пытаться переделать их на свой манер или изгнать из страны.

 

“Как вы относитесь к идее экономической амнистии?”

Это самообман. Ничего кроме вреда для имиджа страны такая амнистия не принесет. Никто не станет возвращать капиталы на предложенных условиях, никто кроме узкого круга лиц, которым эта амнистия действительно позволит отмыть деньги.

 

“Вы часто критикуете президента, правительство. А как Вы сами могли бы решить экономические проблемы. Например, с утечкой капитала?”

Единственная возможность перекрыть каналы для теневой экономики, для оттока капиталов – это вывести саму экономику из тени на свет, сделать ее максимально прозрачной, открытой для общества, для экспертного, парламентского контроля. Ведь у нас все – жуткие коммерческие тайны и государственные секреты. Контракт века с “Шевроном” никто не видел. Контракт по Карачаганаку за семью замками. Как-то случайно выясняется, что компании имеют безразмерные льготы: не платят налоги, безнаказанно нарушают все мыслимые экологические нормы. Почему общество оказалось вне процесса распределения природных ресурсов, экономических благ? Почему власть свела огромные государственные ресурсы – достояние всей нации - к уровню кормушки, около которой воюют местные олигархи и приезжие инвесторы?

Не надо изобретать велосипед: когда я работал в правительстве, все (подчеркиваю - все!) контракты с зарубежными инвесторами на управление казахстанскими предприятиями передавались в печать. Конечно, газеты не резиновые, всего напечатать не могли. Но теперь такой проблемы нет. Правительство должно открыть в Интернете специальный сайт и размещать на нем тексты все контракты – по передаче в управление, продаже, о разделе продукции.

Второе: опубликовать все балансы крупных компаний. Об этом я уже говорил.

Третье. Создать общенациональный орган – комитет, палату по жесткому контролю за средствами, поступающими от продажи природных ресурсов. Подчинить этот орган исключительно парламенту, представителям народа. Публиковать отчеты о поступлении и расходовании этих средств, протоколы заседаний, все входящие и исходящие документы. Этот же комитет должен заняться возвратом сотен миллионов долларов, которые ныне осели, заморожены на зарубежных счетах оффшорных компаний и всевозможных фондов.

И еще одно принципиальное предложение - надо ратифицировать все важнейшие соглашения с зарубежными инвесторами в парламенте. Это станет школой экономики для депутатов. Они смогут контролировать исполнение собственных решений.

Это станет каналом информации для общества. И это даст дополнительную уверенность инвесторам. Они хотят гласности и прозрачности не меньше, чем оппозиция. Потому что они устали от выкручивания рук и принуждения к взяткам. Поверьте мне, это я слышал от них в последние годы ни один раз.

Ратификация соглашения парламентом сделает его надежным и лишит чиновников любого уровня соблазна что-нибудь поменять задним числом, как это постоянно случается. Здесь истоки всех международных скандалов с инвесторами.

 

"Почему бы Вам ни возглавить новый Нефтяной фонд, в котором соберутся на хранение деньги?"

Даже если бы мне предложили этот пост, я бы, не задумываясь, отказался. Затея с Нефтяным фондом дурно пахнет и чревата новыми скандалами. Я и президенту посоветую держаться от этих денег подальше. Он еще не разобрался с миллионами "Казахгейта", поэтому его будут подозревать еще до того, как что-нибудь случиться.

Если такой фонд создавать, то контролировать его должен только один парламент, народные избранники. Иначе никакого доверия не будет. Нам часто в пример приводят Норвегию и аналогичный фонд. Так вот, в Норвегии фонд контролируют именно депутаты, а не премьер-министр и не король. Хотя там-то эти персоны вне подозрений.

Знаете, как будет с этим фондом? Как всегда! Надо будет что-то купить, кому-то одолжить, туда-сюда… Потом окажется, что люди, которые имели право подписи, говорили, что берут в долг, а отдать позабыли. Мы это все проходили в Казахстане с государственными кредитами. Хватит!

Против Фонда в нынешнем его виде у меня есть еще два принципиальных возражения. Во-первых, нет нужды хранить эти деньги в западных банках и поддерживать таким образом чужую валюту и чужую экономику. Это в первые годы независимости мы не имели собственного казначейства и надежных банков, поэтому вынуждены были открывать счета в Швейцарии или США. Теперь для этого нет оснований. Если только сам президент не сомневается в стабильности казахстанской банковской системы. Но и в этом случае надо эту систему укреплять, а не переводить деньги за рубеж.

И самое главное - что у нас уже все дети сыты, все больные обеспечены лекарствами, все пенсионеры живут достойно, все безработные получают приличные пособия? Может быть, наши граждане везде пьют чистую воду, хорошо работает общественный транспорт, и студенты могут жить на стипендии? Если нет, то какое право имеет власть прятать деньги за нефть в кубышку? Она должна прежде обеспечить нормальную жизнь гражданам. Хотя бы на таком уровне, как в Норвегии.

 

“Как Вы относитесь к строительству в Астане? Если бы это было в Вашей власти, вы вернули бы столицу в Алматы?”

Туда-сюда переносить столицу – затратное занятие. Не будем смешить мир, пусть столица пока остается в Астане. Но совершенно ненормально, когда город Алматы с населением почти в полтора миллиона должен в 2001 году израсходовать 14 миллиардов тенге (а остальные налоги отдать в центр на дотации), а Астана, где всего 400 тысяч человек, имеет 24 миллиарда плюс финансирование со стороны национальных компаний.

Сегодня казахстанские граждане, налогоплательщики испытывают двойное бремя. Они вынуждены платить по кредитам, которые Казахстан взял в 1991-1995 гг. (это почти два миллиарда долларов), и вдобавок - гигантские комплексы в новой столице. Уверен, что сегодня самое правильное решение - прекратить всякое помпезное строительство в Астане. Хватит президенту имеющихся резиденций, а министрам нынешних кабинетов.

Если же размышлять исторически, то надо признать, что Астана - это колоссальная ошибка. Она никогда не станет центром страны, точкой притяжения, "сердцем нашей родины", как раньше говорили. В этом нет ничего обидного для коренных жителей Акмолы, никто из них и не мечтал о таком административном завихрении. Еще надо посчитать, не дешевле ли будет перевезти всех назад. Все равно, квартиры и дачи у чиновников в Алматы остались.

В Алматы есть история, аура, природный комплекс и что-то еще необъяснимое, что отличает столичный город от провинции. Димаш Ахмедович Кунаев в свое время вложил столько сил и своей души в расцвет Алматы, что просто так, одним росчерком пера его дело не погубить.

Мировой опыт учит, что переселения чиновников во главе с президентом совершенно не достаточно для того, чтобы даже очень хороший город стал столицей. В свое время президенту говорили об этом. Пример бразильской столицы города Бразилиа красноречив - министры и президент заседают там, но интеллектуальная, экономическая и политическая жизнь кипит в Рио-де-Жанейро и Сан-Паулу. И это при том, что в Бразилиа вложены были куда большие деньги, а проект новой столицы разрабатывал великий архитектор Оскар Нимейер. В Астане же, насколько я понимаю, главным архитектором выступает Нурсултан Назарбаев. Он на салфетках в ресторане рисует, каким должен быть город. Это обстоятельство даже комментировать не хочется.

 

“Вы недавно высказались за восстановление прежних областей – Тургайской, Семипалатинской и других. Но ведь именно при Вашем правительстве эти области были “оптимизированы”. Почему Вы изменили свои взгляды?”

“Оптимизация” областей была ошибкой. Я признаю это, и как глава того правительства несу свою долю ответственности за это. Но сегодня надо исправить эту ошибку.

Принимая решение, мы надеялись, что более сильные районы сумеют подтянуть за собой слабые, что мы выправим экономический баланс между регионами, а деньги на чиновников, на управленческие структуры сэкономятся. Поначалу так и случилось, эффект был. Но потом экономический дисбаланс только усилился, а уровень государственного сервиса и управления резко упал.

Все деньги – сэкономленные и заработанные – пошли на Астану. Сегодня многим людям приходится за тридевять земель добираться за какой-нибудь справкой в областной центр. В нормальной экономике этих проблем нет: работают коммуникации, телефоны, факсы, электронная почта. Но в Казахстане все иначе, области укрупнили и появились совсем заброшенные, забытые всеми районы, куда никакой аким не заглянет. Надо восстановить прежнее административное деление, так будет лучше для людей.

 

 

“Мы живем в Актау, это нефтяная столица. У нас меняются акимы, приходят западные компании, добывают много нефти. И только жизнь почему-то не меняется, дороги, коммуналка, транспорт, водоводы в ужасном состоянии. Как можно повлиять на тех, кто использует наши недра, заставить их делиться?”

Очень важный вопрос. Западная компания – собственник той нефти, которую она произвела. Государство не вправе произвольно менять налоговый режим или устанавливать дополнительные пошлины – это ухудшает условия контрактов и противоречит закону. Но есть другой механизм, который почему-то не используют. Собственником недр в Казахстане является исключительно государство. И каждая добывающая компания каждый год заключает с правительством контракт о недропользовании. Это рычаг, которым можно и нужно пользоваться, чтобы заставить инвесторов “делиться”, если на рынке сложилась благоприятная конъюнктура.

Ежегодно при пролонгации лицензии на недропользование население вашего региона может отстаивать свои интересы. Правда, для этого необходим закон о местном самоуправлении. Необходимо самоуправление территорий и избираемость мэров, акимов – чтобы они на местном уровне защищали интересы региона, а не брали под козырек.

Необходим базовый закон о разделе продукции (такой закон эффективно действует в России), но его правительство упорно не хочет вносить в парламент. Нужно, чтобы условия добычи и раздела продукции на каждом крупном месторождении – Тенгизе, Карачаганаке, в Актюбинске, Актау, Кзыл-Орде – регламентировались специальными законами, а не секретными постановлениями правительства. Люди имеют право знать, сколько нефти добывается на их земле, по каким ценам она продается, кто сколько с этого получает.

 

 

"Какой класс в Казахстане Вы считаете опорой своей оппозиции?"

"Моей" оппозиции нет, есть демократическая оппозиция, в которую входят и те, кто входит в РНПК, и те, кто симпатизирует другим партиям. Что касается социальной группы, которая будет наиболее активно выступать за демократический путь развития Казахстана, то я знаю таких людей. Это совсем не те, кто на заре независимости начал бизнес или общественную деятельность. Им пришлось либо "лечь" под власть, либо уехать из страны.

Но есть люди, которым сейчас по 30 лет, они учились, служили в армии, работали почти за бесплатно в бюджетных организациях или кровью и потом развивали свой бизнес, отбиваясь от чиновников и шакалов-конкурентов, прикрытых родством с властью. Они не так наивны, как были наивны люди из "нового среднего класса" в начале 90-х годов. Они прагматичны, они не верят в сладкие песни про светлое будущее. Они знают, что без кардинальных политических перемен у них нет будущего: не будет карьеры, не разовьется бизнес, не выучатся и не поднимутся по социальной лестнице дети.

Эти люди без восторга и замирания сердца произносят слово "демократия". Они готовы бороться за справедливость. То, что происходит в Казахстане в последние годы, это - несправедливо. Примеров несправедливости в политике, в бизнесе, в каждодневной жизни множество. При назначении на должности, при выдаче банковских кредитов, при зачислении в университет, при начислении налогов, при разбирательстве в суде, при столкновении с милицией или КНБ… Сформировалось целое поколение казахстанцев, мечтающих о справедливости.

Я знаю многих из этого поколения, они есть в активе РНПК, они выходят на связь со мной и по непартийным каналам. Задача оппозиционных политиков заключается в том, чтобы этих людей вовремя "отмобилизовать", разъяснить им, какова цена момента. А сделать это стало очень просто: они овладели компьютерами, освоили Интернет, они следят за событиями в стране и мире не только по новостям "Хабара" и комментариям "Казправды". Уверен, что они прочтут это интервью и узнают себя в моем описании.

Всех их и просто всех сограждан я поздравляю с новым годом, новым веком и новым тысячелетием. Теперь-то они точно наступили. Эти рубежи эпох обязывают нас жить лучше, честнее и правильнее, чем раньше. Чтобы потомки могли гордиться нашим временем. Так же, как мы гордимся историческим временем в жизни наших предков.

 

Рекомендуем:

Реклама:

Контактная Информация

e-mail: iicas@iicas.org