Публикации / Декларации и реальность

Декларации и реальность

Виталий Хлюпин

Рассматривая современную национальную политику Казахстана, только на примере языкового вопроса можно прийти к неутешительным итогам. Прежде всего следует сказать, что в стране имеются два пласта национальной политики: подлинный и мнимый.

Теги:Угрозы Для Демократии

Опубликовано в:Публикации

 

Национальная проблема - это чаще всего проблема языка. Язык является едва ли не главным критерием национальной самоидентификации. Как средство общения и коммуникации, он сближает и соединяет. Язык Как инструмент политики - может выполнять прямо противоположные задачи.

Большинство специалистов законодательное закрепление неравноправного положения казахского и русского языков в Казахстане относит к принятому в 1989 году "Закону о языках Казахской ССР". Именно в этом документе была впервые закреплена формула: "казахский язык - государственный, русский - язык межнационального общения". Впоследствии данное определение перешло в действующую Конституцию.

Президент Казахстана Назарбаев, однако, сумел привести внутреннее законодательство в противоречие с Конституцией. Статья 7-я Конституции гласит: "В государственных организациях и органах местного самоуправления наравне с казахским официально употребляется русский язык". Постановление же Кабинета министров, принятое в 1992 году, предписывало обеспечить во всех учреждениях и ведомствах республики функционирование казахского языка как государственного и полностью завершить переход на казахскоязычное делопроизводство в 1995 году. Уже к началу 1994 года в ряде министерств и ведомств русских и русскоязычных работников почти не осталось.

Одним из ответов на такую политику стал миграционный пик 1993-1994 годов, когда за два года страну покинули более 800 тысяч главным образом русскоязычных жителей. К. Назарбаев спохватился, подобные темпы миграции вкупе с собственной,

не слишком успешной, экономической политикой поставили страну в тяжелое положение. В крупных промышленных центрах Казахстана становилось некому работать и некому было его защищать - кадры силовых структур составили авангард переселенцев.

В июне 1994 года президент провозгласил "новый курс в области межнациональных отношений". Он прямо заявил: "забегание и перегибы в государственной языковой политике должны быть изжиты принятием нового закона о языке..." Старый закон президент заклеймил, а "жесткое предписание выучить язык к 1996 году поставило", по его словам, "в неудобное положение даже многих казахов". Поэтому он заверил, что "принятие новых программ будет означать исчезновение дискриминации по языковому принципу и полное равноправие двух языков", в кадровом вопросе "критериев при назначении на ту или иную должность должно быть два - компетентность и преданность родине". Обязательное знание государственного языка он не упомянул.

Весь 1994 год президент был доверительно откровенен и самокритичен в освещении русского вопроса. Но никаких организационных выводов из критики и самокритики не последовало.

В последующие годы чиновники Комитета по языкам при Кабинете министров корректировали языковое законодательство. Наконец, в ноябре 1996 года распоряжением президента была одобрена очередная "Концепция языковой политики". Комментируя "Концепцию" и новый проект "Закона о языке", заместитель председателя Госкомитета по национальной политике Султан Оразалинов прямо указал, что "предполагается законодательно закрепить обязанность граждан овладеть казахским языком", более того - "государство в целях реального осуществления языковой политики в законном порядке намерено утвердить перечень должностей, специальностей и профессий, когда лицам, занимающим их, необходимо знание государственного языка".

Итак, спустя два года после призыва исправить ошибки президент возвращается к практике завинчивания "языковых гаек" в еще более жестком варианте. Даже казахстанские ученые, ответственные сотрудники Института стратегических исследовали при президенте, ряд руководящих работников недоумевали: налицо было полное несоответствие декларируемых принципов реальной политике.

Правда, в 1994 году бывший министр иностранных дел Канат Саудабаев официально заверял, что "проблемы русскоязычных в Казахстане не существует". А в утверждение данного тезиса Н. Назарбаев сам иногда называет себя русскоязычным, и можно поверить - проблем у него нет.

Между тем планы детализировались и развивались. Закон "О языках в Республике Казахстан" был принят, в июле 1997 года, затем последовал указ президента от 5 октября 1998 года принятии "Государственной программы функционирования и развития языков".

В соответствии с требованиями закона "О языках" все акты государственных органов должны разрабатываться и приниматься на казахском языке, после чего переводиться на языки

нацменьшинств, однако до сих пор все получается наоборот. Но никакие трудности не останавливают языковых реформаторов в их "благих" начинаниях. Министерство культуры, информации и общественного согласия получило "дополнительные полномочия", суть которых - "проверка работы любых госучреждений на предмет исполнения законодательства о языках, с правом давать обязательные к исполнению предписания об устранении нарушений и вносить представления в соответствующие органы о применении к должностным лицам, виновным в нарушениях законодательства, мер дисциплинарного взыскания вплоть до уголовной ответственности".

Как с гордостью заявил министр культуры Алтынбек Сарсенбаев, "со служащими казахами, не желающими осваивать родной язык... трудовые контракты будут расторгнуты". Сначала с казахами, затем, чуть погодя, и до русских доберемся - так понимать? Тенденция улавливается четко. По данным социолога Б. Бектургановой, лишь 8,6 процента русских владеют казахским языком. Задача президентом, однако, поставлена, и ее надо выполнить любой ценой. В казахстанской Генеральной прокуратуре тем временем создан отдел правового обеспечения и внедрения государственного языка.

Анализируя перспективы подобной политики, казахстанские ученые Н. Амеркулов, Н. Масанов пришли к выводам: "В условиях апартеидной системы государство... защищает прежде всего интересы титульной нации посредством приоритета ее языка и культуры, а также обеспечивает ее гегемонию в кадровой политике. Естественно, что любое ущемление прав этнических групп вызывает у них недовольство и отчуждение от политики данного государства. Тем самым само же государство автоматически воспроизводит и порождает этнические противоречия и подготавливает почву для своего самоуничтожения". Но это представители оппозиции. Возможно, они сгущают краски?

Еще в 1994 году ответственный работник Талды-Курганской областной администрации Азат Перуашев опубликовал брошюру, в которой проанализировал национальный состав руководителей области и пришел к неутешительным выводам: "Проблема передела сфер влияния между ведущими макроэтническими группами Казахстана в местных условиях выливается в решение кадрового вопроса... Налицо тенденция к ущемлению политико-властных интересов прежде всего в отношении этнических меньшинств..."

Вывод, который затем делает автор, просто шокирует: "Направление развития межэтнических отношений... четко ориентировано на создание предпосылок к образованию в исторической перспективе единой казахстанской нации". Здесь речь идет уже об ассимиляции как государственной политике, что сам Н. Назарбаев отрицал и отрицает до сего дня.

Рассматривая современную национальную политику Казахстана, только на примере языкового вопроса можно прийти к неутешительным итогам. Прежде всего следует сказать, что в стране имеются два пласта национальной политики: подлинный и мнимый.

Подлинная политика Назарбаева объективно имеет мало общего с декларируемыми им принципами национального согласия и равноправия, наций в республике. Языковая же составляющая реальной политики абсолютно не учитывает интересы русского населения и противоречит конституционно закрепленным принципам национального и языкового равенства.

Газета "Мегаполис-Континент".

Рекомендуем:

Реклама:

Контактная Информация

e-mail: iicas@iicas.org