Публикации / Нам нужен компромисс

Нам нужен компромисс

Нурбулат Масанов

Нынешняя казахстанская власть, как мне кажется, отчетливо понимает необходимость политической модернизации. Но столь же очевидно и ее желание сохранить всю полноту власти, не прибегая к каким-либо новациям. В этом, на мой взгляд, главная дилемма.

Теги:Нет тегов

Опубликовано в:Публикации

 

Он всегда подчеркивал, что, по сути, скорее ученый, чем политик. Не без гордости повторял, что является едва ли не единственным в Казахстане историком, защитившим докторскую диссертацию по номадоведению - истории кочевых племен. А в политику, дескать, пришел по причине дефицита у оппозиции "аналитического потенциала".

И вот, кажется, сбылись его мечты. Теперь у него есть все возможности заняться любимым делом. Хотя, по его собственному признанию, "политолог из меня так и прет".

На вопросы газеты "Время" отвечает директор Казахского НИИ по проблемам культурного наследия номадов Нурбулат МАСАНОВ.

Виктор Верк, verk@time.kz

- Попытаюсь объяснить, почему я решил возглавить такой институт. Дело в том, что сейчас наша страна идет по пути либеральных реформ в экономике. Думаю, буквально через семь - восемь, максимум через десять лет в Казахстане сформируется настоящая либеральная экономика западного типа. Следствием этого станет новый тип мышления населения - прагматический, нацеленный только на получение дивидендов. Такая нацеленность неизбежно сформирует у людей новую индивидуально-либеральную идентичность. Сейчас наше общество еще оглядывается назад, через семь-восемь лет история ему будет не нужна. 15 лет назад я ушел из исторической науки, а сегодня вернулся на руины. И понимаю, что сегодня все нужно начинать с нуля, и как можно скорее.

- Что ж, Нурбулат, за вас можно только порадоваться... Но не кажется ли вам, что в свете сегодняшней ситуации мы можем просто недотянуть до того "либерального" общества, о котором вы так уверенно говорите?

- Я не хотел бы углубляться в подробности трагической гибели Заке и Алтынбека - тем более что у меня (как наверняка и у вас) нет практически никакой информации, кроме официальной. В этой ситуации, конечно же, мы вправе требовать максимально честного и объективного расследования под жестким контролем общества. Но главное, чтобы общество извлекло уроки, чтобы это не стало повседневной практикой для нашей страны. Для этого необходимо: во-первых, обеспечить политическую модернизацию страны; во-вторых, синхронизировать темпы экономических и политических процессов; в-третьих, децентрализовать государственную и политическую системы. Исторически в казахской Степи всегда естественно существовала система самоуправления, которой сегодня, к сожалению, нет...

- Если вы в последнее время заходили в Интернет, то наверняка заметили: сегодня больше говорят о другой казахской традиции, аналогичной итальянской вендетте...

- Действительно, у казахов так и было - либо платишь некую цену (кун), либо платишь кровью... Но мы живем в XXI веке, в другую эпоху... Возможно, мы так и не узнаем, кто виноват. Джона Кеннеди убили 43 года назад, а американское общество до сих пор не имеет однозначного ответа. С момента гибели Кирова прошло более 60 лет, а версий его гибели - великое множество...

- Позволю себе небольшую цитату из "Каравана" недельной давности: "И снова мы видим удивительную - как в хорошем оркестре - сыгранность тех, кто, по идее, должен бы находиться на разных полюсах: силовиков из КНБ и лидеров нашей "непримиримой" оппозиции". Ну и как вам?

- Я далек от мысли о том, что спецслужбы могут координировать свою деятельность с оппозицией. Скорее за этим утверждением просматривается некий политический интерес... Повторюсь, сейчас, на мой взгляд, ключевой вопрос состоит в том, чтобы террор и убийства не стали повседневной практикой политической жизни.

- А вы знаете, что для этого надо сделать?

- Надо сформировать общественное мнение по базовым принципам политической системы. Прежде всего - это бюджет. В западных странах исторически сложилось четкое понимание: местные, региональные сообщества, обладающие деньгами, готовы делегировать Центру власть над собой в обмен на возможность, внося деньги в бюджет, формировать государственную политику. У нас такого понимания нет. Бюджет так же централизован, как и система политической власти.

- Правильно. У нас же унитарное государство, а не федеративное...

- Не в этом дело! Проблема в инфантильности общественного сознания. Наше общество еще не понимает: отдавая власти какие-то ресурсы, оно должно требовать обмена. Это же нормальный принцип: ты - мне, я - тебе! Нужно понять: парламент должен выражать специфические местные интересы, а не просто писать (вернее, механически утверждать) законы. Для этого государству достаточно нанять группу квалифицированных политологов и юристов. А у нас любой депутат убежден: он не какой-то защитник "мелких" местных интересов, он - Законотворец. Чушь это все! Парламент - это собрание региональных лоббистов прежде всего! А у нас все уже привыкли лицезреть одну и ту же картину: мажилисмены и сенаторы оккупировали высокие правительственные кабинеты. Что они там делают, какие "шкурные" проблемы решают - никто не знает. Поэтому нужно законодательно закрепить положение: министр или другой высокопоставленный чиновник имеет право принять депутата только по государственным вопросам. И только под протокол! Вообще нужно ввести требование обязательного протоколирования любых встреч представителей власти. В послевоенной Японии генерал МакАртур объявил список - 250 тысяч лиц, занимавших определенные должности, с которыми государственным чиновникам запрещалось вступать в контакты. Если бы у нас в свое время произошло подобное очищение, не было бы сегодня трагической гибели наших общественно-политических деятелей. Спецслужбы, силовые структуры и вообще органы исполнительной власти необходимо поставить под контроль общества и парламента.

- Ну да, вы давно известны как приверженец парламентской республики. По-вашему, это реально?

- Сейчас - нет. Сознание общества слишком персонифицировано. Наши сограждане до сих пор воспринимают с неким трепетом персонифицированный институт власти - президента. Но абсолютно не воспринимают деиндивидуализированную власть - парламент, правительство, а потому критикуют их на всю катушку. Парламентская республика - наше будущее. Сейчас же необходим некий новый вектор развития, диверсификация функций власти. Если есть спецслужбы, подчиняющиеся лично президенту, то должны быть и другие, находящиеся под контролем других ветвей власти.

- Хорошенькое дело! Эдак мы получим страну, каждый второй житель которой будет филером...

- Главное - не то, сколько будет спецслужб, а то, что не будет их сосредоточенности в одних руках. И это касается не только спецслужб. Повторяю, нужна диверсификация всей системы государственной власти. Именно это позволит постепенно выйти на путь построения открытого демократического государства. Сейчас нужно действовать по схеме: формирование общественного мнения - выработка государственной идеологии - принятие конкретных государственных решений. А то ведь сегодня в Казахстане складывается парадоксальная ситуация: каждый в отдельности и все вместе - на всех уровнях власти! - сторонники демократии. Но когда доходит до стадии принятия конкретных решений, то эти решения носят недемократический характер. Вся система власти (так же, впрочем, как и оппозиции) построена на принципе личной полезности, личной преданности. А ведь нормальный политический инструментарий формируется совсем по-другому: политический лидер вынужденно идет на компромисс с людьми, которые ему, может быть, лично неприятны, даже с врагами он идет на диалог - ради достижения политической цели. Механизм компромисса должен стать основополагающим при принятии политических решений, без него вообще ничего работать не будет!

- Что же конкретно необходимо, чтобы этот механизм заработал?

- Надо полностью легализовать все политическое поле. Нам нужны действительно многопартийный, коалиционный парламент, коалиционное правительство - с участием реальной, а не декоративной оппозиции. Именно такой механизм сдержек и противовесов будет лучшей страховкой от всяческих волюнтаристских решений. Тогда президент действительно сможет встать над схваткой - но не каких-то элитных группировок, а легальных институтов власти. Именно этим объясняется нестабильность казахстанской политической системы, ярко проявившаяся после убийства Алтынбека Сарсенбаева.

- В чем вы видите нестабильность? Власть контролирует ситуацию в стране, все институты государства работают нормально...

- Да, но вы говорите о стабильности политического режима, а не системы. Отношения политического режима с другими компонентами системы - с региональными элитами, с капитанами бизнеса, с другими группами влияния, с самим обществом, наконец, - далеки от стабильных. А кризис политической системы рано или поздно может привести к кризису политического режима.В этом самая большая опасность. И политический режим, понимая это, должен выстраивать качественно новую систему взаимоотношений с обществом. Теперь самое главное - наличие у него политической воли.

- По этой логике режиму неизбежно придется жертвовать какими-то полномочиями, рычагами влияния...

- Само общество к этому не готово. В нем еще очень слаба интеллектуальная составляющая, нет серьезных аналитических структур, способных подсказывать власти те или иные векторы модернизации. Поэтому режим не может выстроить некую целостную концепцию развития, устраивающую все основные группы влияния в обществе. Это не только наша проблема. События в Грузии, Украине, Киргизии показывают: смена политической элиты не всегда ведет к политической модернизации. Наша оппозиция сегодня говорит: нужна парламентская демократия западного образца. Но она не придет в одночасье! Для этого нужен поступательный процесс: от режима личной власти - к режиму корпоративной власти и только затем - к демократии. В СССР и в России первый этап такого перехода осуществили Хрущев, Горбачев и Ельцин. Именно они войдут в историю со знаком "плюс", а не Брежнев, Андропов или Путин.

Нынешняя казахстанская власть, как мне кажется, отчетливо понимает необходимость политической модернизации. Но столь же очевидно и ее желание сохранить всю полноту власти, не прибегая к каким-либо новациям. В этом, на мой взгляд, главная дилемма. И Казахстану сейчас, как никогда, нужно выработать новую концепцию власти, которая поможет найти "золотую середину" между двумя полюсами.

Во всяком случае, на сегодняшний день это единственная возможность застраховать страну от повторения недавних трагических событий.

- Казалось бы, сейчас вам как политологу и карты в руки, а вы уходите в науку. Где же логика?

- Не забывайте о том огромном влиянии, которое оказали кочевники на развитие цивилизационных процессов на всем пространстве Евразии. Вопреки расхожим стереотипам кочевники объединяли пространства, миры и цивилизации. Они ретранслировали материальные и духовные ценности, институциональные отношения, способствовали доколумбовой глобализации мира. Особенно значительным был вклад номадов в развитие институтов государства. Большинство государственных образований на территории Евразии в эпоху средневековья, по мнению члена Британской академии наук А. Хазанова, было создано завоеваниями кочевников. Именно номады впервые в своих завоеваниях создали новый тип государства - централизованное государство - империю. Можете себе представить, как увлекательно исследовать их историю и культуру... Тем более что исторически нам предопределено склеивать миры, а не разобщать их...

Рекомендуем:

Реклама:

Контактная Информация

e-mail: iicas@iicas.org