Публикации / Власть и коррупция – круг замкнулся

Власть и коррупция – круг замкнулся

Сергей Дуванов

Казахстанский авторитаризм в лице президента Назарбаева породил целостную коррупционную систему, в рамках которой возник новый класс - коррумпиетет. Сегодня это целая армия чиновников всех рангов, кровно заинтересованных в существовании этой системы.

Теги:Угрозы Для Демократии

Опубликовано в:Публикации

 

Правильно оценить коррупцию не только общественному мнению, но и профессиональным аналитикам часто мешают стереотипы, исходя из которых, она традиционно рассматривается всего лишь как экономико-юридическая категория. При этом в оценке происходящих в обществе политических и социально-экономических процессов ей отводится в лучшем случае второстепенное место.

Коррупция в оценках большинства аналитиков - лишь следствие политико-экономических, социально-этнических и даже морально-этических причин. Безусловно, с точки зрения своего генезиса коррупция обязана всем этим причинам. Но необходимо признать, что на определенном этапе развития государства коррупция сама способна становиться доминирующим фактором, определяющим и политику, и экономику, и даже социальные отношения в обществе.

По мнению известного аналитика Нурбулата Масанова коррупция в Казахстане является "фундаментом государственно-политической системы". Он считает, что "на постсоветском пространстве, за исключением трех прибалтийских стран, за период после распада СССР был создан новый тип государства, основанный на тотальной коррупции. Его политической формой является президентская республика".

В принципе, соглашаясь с этим, хотелось бы акцентировать внимание на том, что коррупция, став всеобъемлющей, с течением времени подмяла под себя всю политическую систему, поглотила ее, приспособила весь государственный механизм под себя, создала новые "правила игры".

Вследствие этого политический авторитаризм и социальная демагогия властей явились неизбежным следствием всеобщей коррумпированности государственной системы. Применительно к Казахстану - это очень принципиальный момент. Не узурпация власти президентом привела страну к коррупции, а наоборот сама коррупция вызвала к жизни в качестве самозащиты от губительной для нее демократии авторитаризм в форме президентской республики.

Демократическая политическая система и свобода слова являются реальным механизмом, позволяющим эффективно и действенно бороться с коррупцией. Поэтому единственный способ выживания и существования коррупционной системы - это исключить демократические принципы функционирования государственных механизмов. Именно поэтому, по словам Масанова, "коррупция сама взяла под свой непосредственный контроль всю государственно-политическую систему".

Понятно, что коррупция не есть нечто абстрактное - это всего лишь механизм взаимоотношений между людьми в системе государственной власти. Иначе говоря, имеются вполне конкретные носители идеологии коррупции в лице чиновников бюрократического госаппарата. Эти люди имеют свой личный интерес в функционировании данной системы, и этот интерес вполне материален. Применительно к Казахстану профессор Масанов убежден, что "теперь без личного интереса класса чиновников ничто уже не может в принципе функционировать в стране и коррупция стала движущей силой всей государственной "машины".

На примере Казахстана, мы должны признать, что коррупция, став самодовлеющей силой, в силу ее включенности в систему государственной власти, стала вполне реальной политической категорией. Настало время в ряду типов политических систем наряду с либерально-демократическими, социал-демократическими и прочими рассматривать в качестве самостоятельных типов либерально-коррумпированные (Япония, Южная Корея и др.), авторитарно-коррумпированные (Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан, Казахстан), этатистско-коррумпированные (Россия, Украина и др.), идеологически-коррумпированные системы (Китай).

В Казахстане наиболее типичная авторитарно-коррумпированная политическая система. Она имеет свою социальную базу, свою идеологию в лице широко разветвленного класса госслужащихВся государственная система приспособлена для обслуживания их интересов (система коррумпиетета), а также существующих в обществе социально-политических и экономических отношений.

Так, например, суды в большинстве своем призваны разрешать споры между отдельными субъектами коррумпиетета. Но так как суд - лишь часть этой системы, то судит он, как правило, руководствуясь негласными правилами и нормами коррумпиетета. Суть этих правил - продажность решений, принимаемых государственными чиновниками.

Попросту говоря, коррупция, возведенная в ранг государственного принципа - это тотальная платность любых услуг в системе государственных отношений. Формально есть Конституция, законы, существуют нормативы и правила, регулируемые соответствующими подзаконными актами. Но фактически все это бутафория. Все законы элементарно обходятся, если заплатить людям ответственным за функционирование того или иного узла государственного механизма.

Хотите выиграть судебный процесс, чтобы ваш сын не служил в армии, иметь диплом о высшем образовании, хотите приобрести нечто, что запрещено законом - все это вполне реально. Нужно только иметь деньги и знать, кому их дать. Правда проблема может возникнуть, если кто-то другой захочет иметь то же самое, что и вы. В этом случае выигрывает тот, кто богаче и влиятельнее.

Сегодня вам нужна справка, за получение которой вы платите другому чиновнику. Завтра этот чиновник придет к вам, и вы сами возьмете с него мзду за услугу. Послезавтра вы оба платите третьему, чтобы он решил ваши проблемы. Все взаимосвязано, все зависят друг от друга - система круговой поруки.

 

Взятка, мзда превратились в обязательный атрибут ваших взаимоотношений с окружающими. Если вы признаете взятку как основу этих взаимоотношений, особенно в сфере отношений с государством, то вы органично входите в жизнь страны, общества. Если вы начинаете "бунтовать" против этих отношений, то вам уготована незавидная судьба - ходить по чиновничьим кабинетам до скончания века.

Правоохранительные органы, призванные бороться с коррупцией, бдительно стоят на страже коррупционной системы. И суды, и полиция, как правило, оказываются на стороне тех, кто поступает “по понятиям” коррумпиетета и наказывают тех, кто стремиться жить в соответствии с действующими законами.

Показательно, что в Казахстане роль адвоката в судебных делах все больше сводится к посредничеству. Все больше в цене адвокаты-посредники, знающие как "развести" и кому сколько дать.

Пресса в подавляющем своем большинстве лишь имитирует борьбу с коррупцией. На самом деле она полностью лишена возможности озвучивать хоть какие-нибудь конкретные факты использования госчиновниками своего служебного положения в корыстных целях.

Более того, пресса объективно выполняет функцию информационного обеспечения существования системы коррумпиетета. Все ее критические материалы, озвучивание предпринимаемых властями усилий по борьбе с коррупцией создают иллюзию не включенности государственной власти в коррупционную систему. Мол, коррупция существует сама по себе, а государственная власть сама по себе и при этом, якобы, власть активно борется с коррупцией.

В рамках этой схемы не возбраняется критиковать власть за невнимание к проблемам коррупции, за недостаточные усилия в борьбе с ней и даже за потворничество коррупционерам. Но самое главное в этом случае остается за кадром, то, что власть - это и есть коррупция, что всякая борьба с коррупцией - это есть борьба с нынешней системой власти. Совершенно очевидно, что вне власти нет коррупции и даже больше - вне коррупции нет власти.

Нужно признать, что с задачей оболванивания масс контролируемая властями пресса пока справляется. Еще есть люди, которые верят, что власть, если захочет, может легко победить коррупцию, что президент пытается с ней бороться, но его бестолковое окружение мешает ему в этой благородной борьбе.

Ссылки на то, что пресса полна сообщений о разоблачениях и наказаниях коррупционеров не могут служить доказательством того, что борьба с коррупцией в Казахстане ведется. Беспристрастный анализ этих сообщений показывает, что в подавляющем большинстве случаев за такого рода "разоблачениями" на самом деле стоят либо конкурентные разборки, либо клановое противостояние.

И то, и другое является неотъемлемой частью нынешней государственно-политической системы и свидетельствует о наличии определенных противоречий между членами коррумпиетета.

Основное отличие государства, построенного на принципах коррупции, - это вторичность закона. Основным принципом функционирования данного типа государства является использование всей мощи государственной машины, всей системы власти и законов в целях получения личной прибыли.

Если в обычном, т.е. нормальном, государстве чиновники следят за соблюдением законов и за это получают зарплату, наказывая лишь их нарушителей, то в Казахстане, чиновники, напротив, более всех заинтересованы в прямом нарушении законов и правовых норм, потому что это позволяет им иметь личную выгоду.

В этом смысле казахстанские чиновники кровно заинтересованы в создании таких законов и механизмов их исполнения, которые заведомо неудобны гражданам страны. Это вынуждает граждан идти по "пути наименьшего сопротивления" - давать взятки.

Приведем характерный пример. Автомобилист нарушил правила дорожного движения. Перед ним дилемма.

Либо после составления протокола инспектором ГАИ оставить у него водительские права и ехать искать сберкассу, где он должен заплатить штраф. Затем ему предстоит найти свои права в одном из отделов ГАИ и, выстояв несколько очередей, получить их назад (в лучшем случае), а в худшем - может быть направленным на тягостную пересдачу экзамена по вождению. Одним словом, все это может занять время от полудня до нескольких дней и стоить немалых денег и больших хлопот. Либо, более простой, вариант - тут же дать взятку инспектору, причем в размере гораздо меньшем, чем официальный штраф. Наивно полагать, что кто-то предпочтет недельную волокиту небольшой взятке. И так во всех сферах государственной службы. Принцип прост: создаются условия, при которых человеку проще дать взятку, чем брести через непролазные джунгли бюрократической волокиты.

Но самое страшное, что принцип мздоимства превратился в НОРМУ, в некий морально-нравственный императив. Можно констатировать, что в кругу чиновников это давно стало непреложным правилом. Фактически ими создан особый кодекс, в соответствии с которым все, кто пытается решить свои вопросы законным способом - "чужаки", которых нужно наказывать процедурой бесконечного "хождения по мукам".

Всякий, игнорирующий принципы коррупционной системы "дал-взял" и пытающийся руководствоваться законами, неизбежно попадает под пресс системы.

Если на начальном этапе становления коррумпиетета от такого рода правдолюбов старались побыстрее избавиться, решая их проблемы (от греха подальше), то теперь их уже никто не боится. Система настолько окрепла, настолько стала самодостаточной, что способна "давить" чужаков, принуждая их принимать ее правила.

Сегодня человек, пытающийся найти справедливость в суде без взятки, поступает с житейской, обывательской точки зрения неразумно. Но с точки зрения казахстанского коррумпиетета он поступает противоправно и в некотором смысле даже оппозиционно. Сегодня это воспринимается уже как вызов, и в этой связи такой человек обречен на проигрыш в суде, как бы прав он не был.

Когда мы говорим, что коррупции нет вне системы государственной власти - это не значит, что ее стереотипам не подвержены рядовые члены общества. Система коррумпиетета по мере ее совершенствования и развития государственных органов власти вовлекает в орбиту своего влияния все новых и новых членов. Это как раковая опухоль, постепенно пронизывающая все тело, метастаза, поражающая все новые клетки организма.

Когда проводник, используя свое служебное положение, набивает полвагона безбилетников и берет с них деньги - это тоже коррупция. При этом проводник, собирая деньги помимо кассы, отдает их часть начальнику поезда, который, в свою очередь, делится со своим начальством. Последнее за это, вполне естественно, обеспечивает своего рода служебную "крышу" своим подчиненным. Оно оберегает их от преследований со стороны всяческих контролирующих органов, но при этом заставляет своих подчиненных делиться с ними.

Та же самая история и с инспектором ГАИ. Существенную долю того, что им собирается "на большой дороге" он отдает своему командиру взвода. Тот, подчиняясь коррупционной дисциплине, часть собранного со своих подчиненных передает по инстанции своему начальству. Те, в свою очередь, отщипнув свою долю, "кормят" вышестоящих и так далее.

Таким образом, и проводник, и инспектор - простые рядовые граждане - являются лишь первичными звеньями ведомственных коррупционных пирамид в системе коррумпиетета, низшими звеньями гигантского айсберга коррупции, тяжелым бременем лежащего на казахстанском обществе.

Фактически, сегодня казахстанский коррумпиетет - это и есть само государство. Формально существует государство Казахстан с флагом, гербом, конституцией, парламентом, судами, прокуратурой и множеством иных государственных структур. На первый взгляд все эти структуры занимаются тем, что следят за соблюдением законов, поддержанием порядка в стране и преумножением национального богатства. Но при более внимательном рассмотрении выясняется, что конституция и законы существуют в качестве формального атрибута, а реальным механизмом "разруливания" конфликтных ситуаций являются неписанные правила казахстанского коррумпиетета.

Но здесь возникает вопрос, почему всеобщая и тотальная коррупция государственных органов власти является, как утверждает профессор Масанов, основой модели президентской власти, авторитарной системы государства?

Ответ очевиден. В условиях всеобщей коррумпированности среди чиновников в принципе не может быть "чистых", не скомпрометированных людей. Система коррумпиетета предполагает, что любой, даже самый порядочный чиновник, попадая в эту систему, не может оставаться “белым и пушистым”. Либо он должен играть по ее правилам, либо он будет ею раздавлен и выкинут. “Белые вороны” там долго не живут. Эта всеобщая замаранность чиновников (как, впрочем, и политиков) очень выгодна президенту Назарбаеву. Благодаря этому они все у него “под колпаком”.

Поэтому до тех пор, пока они исправно служат ему и кормящей их системе, они живут и здравствуют. Но стоит им заартачиться, показать свои амбиции или не дай бог проявить претензии на самостоятельность, как тут же на свет всплывает компромат и непокорному грозит жестокое наказание.

Отсюда большинство политиков от власти по определению не могут быть конкурентами действующему президенту. Они все из коррумпиетета, они меченые.

Таким образом, всеобщая и тотальная коррупция являются эффективным способом устранения политических оппонентов и монополизации власти. Коррупция является механизмом концентрации власти и способом вовлечения государственной бюрократии в систему круговой ответственности. Она является механизмом деспотического контроля над государственными чиновниками, а, следовательно, и всей бюрократической системой.

И не случайно, что во всех авторитарных государствах, пораженных проказой коррупции, в гос. аппарате доминируют спец службы и возглавляют их наиболее доверенные лица, а то и близкие родственники правителей.

Одной из главных задач этих служб является сбор компромата на всех и вся. Это хранится до поры до времени и используется в тех случаях, если кто-то из чиновников начинает совершать поступки, которые не устраивают Хозяина. Скажем, если кто-то пожелает попробовать свои силы в борьбе за пост главы государства.

Весьма показательным стал недавний судебный процесс над экс-премьером Акежаном Кажегельдиным. Почему весь предъявленный ныне компромат не был задействован прежде, когда он был премьер-министром? Почему он стал “плохим” только после того как заявил о своих претензиях на президентское кресло?

 

По логике вещей теперь необходимо привлечь к судебной ответственности всех его "соучастников" и, прежде всего, тех, кто скрывал соответствующую информацию о коррупционных фактах, и в первую очередь самого президента, который в первую очередь должен нести ответственность за свих прямых подчиненных.

Но поскольку этого наверняка никогда не будет сделано, то совершенно очевидно, что процесс над А. Кажегельдиным носит чисто политический характер и является показательным с точки зрения устрашения нарушителей принципа круговой поруки и взаимной ответственности в системе коррумпиетета.

Таким образом, казахстанский авторитаризм в лице президента Назарбаева породил целостную коррупционную систему, в рамках которой возник новый класс - коррумпиетет. Сегодня это целая армия чиновников всех рангов, кровно заинтересованных в существовании этой системы. Фактически правящий клан, внешне имитируя борьбу с коррупцией, на самом деле поддерживает ее через соответствующее законодательство и подзаконные акты, через культивирование патронатно-клиентных отношений и пренебрежение соблюдения прав и свобод человека. Более того, правящий клан сам попал в зависимость от порожденной им коррупции, став ее неотъемлемой частью. Теперь, в рамках системы круговой поруки, авторитаризм и коррупция заинтересованы во взаимном существовании и взаимном процветании. Круг замкнулся.

Специально для IEI

Рекомендуем:

Реклама:

Контактная Информация

e-mail: iicas@iicas.org